– Князь, нам пора!– с порога беспардонно напомнил о себе красавец-Белет, не собиравшийся ждать окончания чьих-либо разговоров.– Мы до дома успеем доехать, пока вас найдёшь!
Едва заметно покривившись, ифрит поднялся со скамьи и протянул Самаэлю руку. Когда тот ответил на рукопожатие, Иблис не удержался от улыбки.
– Был рад познакомиться, сударь Гринд. Совет на будущее – будьте с валакхом порезче. У него на Вас определённые виды, а я был бы рад, если этот наш разговор не окажется последним.
– Не думаю, что он представляет для меня угрозу. Айорг может быть непредсказуем, но всё-таки за прошедшие годы не дал шанса усомниться в верности касательно наших отношений.
– Ну-ну,– усмехнулся властитель огненных земель на прощание,– ну-ну. Вспомните эти свои слова, когда станет ясно, что не все решения, казавшиеся на бумаге хорошими, получаются такими в жизни, тави.
5.
Вырвать себе пару свободных минут было гораздо проще, когда он был в роли регента. Там случались хоть небольшие передышки, когда Владыка был занят попытками не снести кому-нибудь голову, когда кидал бутылку в борт нового корабля, или сидел перед художником, приглашённым специально из-за границы, чтобы запечатлеть лик самодержца.
В первый же день бытия полноценным правителем Айорг признал, что его жалобы на недостаток свободного времени в прежние года был самой смешной шуткой из возможных: у регента было по горло возможностей заняться сторонними делами.
Офра не была ему ни дочерью, ни сестрой, ни даже близкой подругой молодости, что снимало необходимость стоять вместе со всеми на крыльце и торжественно махать ей вслед платком. С Иблисом они давно позволяли себе опускать некоторые формальности, чтобы лишний раз не мозолить друг другу глаза.
Присев на скамью в полукруглой нише в стене, новоиспечённый Владыка со вздохом вытянул ноги и попытался найти курительную трубку. Попытался – потому что в конечном итоге вспомнил, что не брал её с собой, кинув куда-то в сторону рабочего стола, до которого ещё нужно было добраться, преодолев один лестничный пролёт.
Напротив были лишь арочные проходы, открывавшие вид на внутренние дворы и город, казавшийся выше стены. Волей-неволей вспоминал при этом зрелище слова первого тави о том, что защитить дворец при такой странной конструкции было практически нереальной задачей.
С другой стороны, если в прошедшие годы войны и были, ни один противник не подбирался достаточно близко к столице, чтобы всерьёз беспокоиться об этом конкретном аспекте безопасности. Что действительно стоило обдумать, так это перспективу возвести больше дозорных башен на границах, и выделить деньги на именно это мероприятие было не просто можно, а нужно. Стена… Достаточно было и той, что имелась сейчас, хотя Самаэль должен был гордиться собой – он смог заронить в сущность валакха долю сомнения. Та была достаточно мала, чтобы не думать о ней каждую секунду, но и не позволяла забыть о себе полностью.
Со вздохом откинувшись на стену позади себя, Айорг бездумным взглядом уставился в пространство и начал машинально прокручивать на указательном пальце левой руки кольцо. Не совсем свойственное правителям, простой обод металла без камней и украшений. Он уже не помнил, где получил эту побрякушку, но по-прежнему носил её, полагая, что в один прекрасный день вспомнит, чем именно была важна.
– С назначением. Пусть будет славным и лёгким Ваше правление.
Перестав крутить кольцо, валакх искоса взглянул в сторону источника голоса, но наткнулся взглядом только на ткань широких одежд. Пришлось поднять голову, чтобы увидеть главу коллегии магов Геенны, остановившегося на почтительном расстоянии примерно в метр.
Это не спасало от все ещё неимоверной разницы в росте – если с Иблисом он себя чувствовал низким, то с этим конкретным ифритом не хотелось даже задумываться о собственной ущербности (но мысли о ней все равно возникали). Росту в нём было гораздо больше двух метров, а извечный чёрный балахон, ярким пятном на котором был только высокий золотой ворот, лишь усиливал ощущение необъятности, пусть его хозяин и был не в меру сухощав.
Они не были лучшими друзьями, да и друзьями вообще, но уважали друг друга достаточно, чтобы поддержать при редких встречах небольшой разговор. Айорг не без оснований полагал, что Азарет, как и многие представители правления Геенны, терпел его просто, потому что так сказал Иблис. Да и то, с Князем никогда не возможно было понять что-то до конца.
Он был хуже мутной воды в озере: та хотя бы позволяла тебе увидеть своё отражение. Иблис был хуже морских пучин, в которых не отражалось ничего и в которых, скрытые в тени, недосягаемые солнечному свету, таились самые разные, мало изученные твари.