— Они каждое утро заставляют себя вылезать из кровати и клянутся вечером лечь пораньше. Мечтают выспаться гораздо больше, чем всё успеть, — скептически отозвалась Ночь.
Да как бы они вообще посмели мечтать о том, чтобы никогда не наступала ночь? Люди, конечно, глупы, но не настолько же!
— Это именно потому, что день короткий. Они хотят вместить в него как можно больше и поэтому не высыпаются, — возразил День, делая ход.
— Что ж, тогда мне жаль... Твои намерения благородны. Только вот играешь ты плохо, — сочувственно сказала Ночь и положила на стол последние карты. — Ты проиграл. Теперь этот город мой.
День растерянно посмотрел на карты. Ночь немного понаблюдала, как на его лице вспыхивают и гаснут эмоции. Зябко повела плечами и подтянула повыше Млечный путь. Надо было надеть Северное сияние, в начале марта ещё холодно.
— Теперь в городе будет вечная ночь? — недоверчиво спросил День.
Он стал переворачивать карты, восстанавливая ход игры. Он так уверенно шёл к победе. Когда же случился перелом игры и почему он не заметил?
— Да, как ты и хотел. Теперь город погрузится в вечную темноту. Знаешь, это совсем меня не развлекло. Придумай что-нибудь ещё, — капризно сказала Ночь и сдвинула карты в кучу.
— Ты ведь дашь мне отыграться? — спросил День.
— И не увидеть, что будет в городе дальше? Нет уж! Могу предложить тебе кофе с пирожными, — ответила она.
Ночь придвинула поднос с кофейником и налила ароматный напиток в маленькие чашечки. День вздохнул и посмотрел на город, погруженный в темноту.
Паника в городе началась через два часа после запланированного природой рассвета. Сначала люди настороженно ждали, когда зарозовеет горизонт и погаснут звёзды. Главный астролог утверждал, что никаких затмений на это утро намечено не было. Но темнота не становилась светлее.
Страх жителей перед гневом высших сил стал так велик, что они не могли усидеть дома. Люди выбегали на улицы и спрашивали друг у друга, что случилось. Рыдали женщины, выли собаки, голосили на всех площадях прорицатели, пугая сограждан неизбежным Апокалипсисом. Нашлись свидетели, утверждающие, что видели всадников этого самого Апокалипсиса на окраине города возле старых бань.
К концу суток всё население стояло на коленях, вымаливая у богов возможность видеть солнце каждый день. Первые десять лет горожане верили, что разгневанные божества успокоятся, примут жертвы и вернут все на круги своя. Ежедневно шаманы в дикой пляске утробными криками пытались докричаться до потусторонних сил. На площади пылали костры, в которые складывали жертвы богам. Надо было только выяснить какое именно божество ответственно за этот беспорядок. Но никто из богов не взял на себя ответственность. Ночь всё длилась и длилась.
Тогда горожане объявили богов фольклором и обратились к науке. Учёные тоже не могли объяснить, почему над городом не всходит солнце, но, по крайней мере, создавали видимость напряжённого мыслительного процесса. В других местах планеты светило исправно поднималось из-за горизонта каждое утро и падало за край земли в конце дня. А над несчастным проигранным городом тьма висела словно купол.
Большую путаницу теперь создавали часы. Они два раза в сутки показывали одно и то же время. И люди не понимали, какие два часа ночи только что пробили городские часы — первые ночные, или вторые ночные.
Тогда учёный совет предложил перевести город на двенадцатичасовые сутки. Год от этого увеличился в два раза, но горожане облегчённо вздохнули. Пока не выяснилось, что в двенадцатичасовые сутки невозможно уместить восьмичасовой рабочий день и восьмичасовой сон одновременно. А работодатели настаивают на том, что каждый новый день — рабочий.
Ночь медленно пила свой кофе. Она смотрела на город, погруженный во тьму, и думала, что люди слишком суетливы. Бегают туда-сюда, кричат. Затеяли строить новый город недалеко от старого. Почему-то решили, что если они переедут всем скопом на новый участок, то темнота останется в брошенном городе. Она усмехнулась. Каждый горожанин был опутан коконом из тьмы и носил с собой частичку ночи, куда бы ни пошёл.
— Ты ведь не пойдёшь за ними, когда они отстроят новый город? — словно подслушав её мысли, спросил День.
— Именно так я и собираюсь поступить, — сказала Ночь, высокомерно подняв подбородок. — Ты проиграл мне всех этих людей. Они будут жить в вечной темноте. Они соберут свои вещи, и каждый перенесёт частичку меня на новое место жительства. Я последую за каждым из них.