— Котята всегда много едят, им нужно расти.
— Нет, ты просто обязан на него посмотреть. Растет он, по-моему, вширь! Если бы я ела столько творога, у меня было бы несварение желудка. Кстати, о твороге. Я испекла творожные лепешки. Колетт их обожает, тебе понравится.
Я отпустил Афину на пол и поднялся.
— Только приведу себя в порядок.
— Не помешало бы, хотя тебе даже щетина к лицу. — Фиона изучающе посмотрела на меня. — А ты знаешь, что воздержание вредно?
— От еды? — не понял я.
— От секса, дурень. — Она тоже встала и легко толкнула меня, приглашая снова принять горизонтальное положение. — Так что твой порядок подождет.
Адам всегда отличался умением приходить вовремя, но этот талант достигал апогея тогда, когда его приглашали перекусить. Он пришел как раз в тот момент, когда мы с Фионой накрывали на стол.
— Вы оторвали меня от работы, — первым делом сообщил он, после чего добавил: — Но я как раз думал, что мне нужно перекусить!
— Садись, — пригласила его Фиона. — Тебе чай или кофе?
— Кофе. О, творожные лепешки! Колетт мне все уши прожужжала. Наконец-то я их попробую.
Адам подошел ко мне, обнял и похлопал по плечу.
— Как ты? — спросил он.
— Более-менее.
Он оглядел меня.
— Ты знаешь, что помаду обычно применяют для других целей? — Он провел рукой по моей шее и показал пальцы, демонстрируя остатки помады Фионы. — Тебе бы больше пошел ярко-алый, но коралловый тоже неплох.
— Спасибо, я приму к сведению.
Афина крутилась под ногами — она была рада, что пришли гости. Адам всегда побаивался кошек, и она будто специально подпрыгивала и становилась на задние лапы, стараясь ухватить его за ноги.
— Брысь, брысь! — Адам отошел от кошки на пару шагов. — Вивиан, скажи ей, чтобы она отстала!
— Она тебя не укусит, — успокоил я. — Просто хочет с тобой подружиться.
— Включите телевизор, мальчики, — попросила Фиона. — Я до сих пор не смотрела новости.
Адам взял телевизионный пульт.
— Какой канал? — полюбопытствовал он.
— Третий.
— Это тот, по которому ты всегда смотришь «мыльные оперы»?
— Да. Но вчера пропустила. Кстати, не подскажешь мне, что там было?
— Помолчите, — попросил я. — Адам, не переключай.
Увлеченный разговором с Фионой, Адам нажал кнопку «3» дважды, и вместо третьего канала — того, по которому в Мирквуде обычно транслировали новости — попал на официальный канал Треверберга. Как-то вечером Колетт была у меня в гостях и совершенно случайно обнаружила какой-то сериал. Я был единственным из ее друзей, кто пользовался услугами спутникового телевидения, а канал был спутниковым, и какое-то время она наведывалась ко мне каждый день для того, чтобы посмотреть очередную серию. У канала был запоминающийся логотип — две танцующие женщины, обнимающие букву «Т», и я при беглом взгляде на экран заметил его в верхнем правом углу. Мое внимание привлекло фото: снимок с места дорожной аварии.
— Что там такое? — Фиона повернулась к телевизору.
Диктор, молодая светловолосая девушка в строгом деловом костюме, читала выпуск новостей.
— … бизнес-леди, хозяйка нескольких ночных клубов и сети отелей и меценат Изольда Астер-Паттерсон и ее бухгалтер, Саймон Хейли, — заканчивала девушка начатую фразу. — Скорее всего, причиной аварии стали плохие погодные условия — машина господина Хейли выехала на встречную полосу, где столкнулась с направляющимся в город грузовиком.
Я вернул чашку, которую держал в руках, на стол, и подошел чуть ближе к телевизору.
— Машина «скорой помощи», — продолжала тем временем девушка, — вызванная водителем грузовика, приехала на место аварии через двадцать минут. Медикам пришлось констатировать смерть госпожи Астер-Паттерсон. Господин Хейли был доставлен в городскую больницу в тяжелом состоянии и прооперирован, но, несмотря на все усилия врачей, умер, так и не приходя в сознание.
— О, черт, — только и сказала Фиона.
Я взял один из стоявших у стола стульев и присел — меня не держали ноги. Адам посмотрел на меня и покачал головой.
— Прими мои соболезнования, — сказал он. — Не знаю, что тут еще можно сказать…
Я кивнул, по-прежнему глядя на экран. Трансляция из студии сменилась репортажем — оператор снимал Уильяма Барта. Судя по машинам «скорой помощи» на фоне, это была парковка госпиталя имени Люси Тревер.
— Господин Барт, как вы можете прокомментировать случившееся? — спросил у него журналист, державший микрофон.
— Я до сих пор не могу поверить в то, что это произошло, — поделился с журналистом Уильям. — Такое ощущение, будто это кошмарный сон.