В какой-то момент мы приблизились к той грани, когда физическая оболочка требует отдыха, но тело вопреки всему требует еще, и сколько бы оно ни получало, ощущение удовлетворения даже не маячит на горизонте. Это было похоже на то, что я испытывал… в постели с Изольдой. Мне было противно думать об этом, но в те минуты эта мысль доставляла мне какое-то извращенное удовольствие. И Ванесса будто прочитала мои мысли. Она положила руки мне на плечи и легко, неуверенно оттолкнула.
— Вивиан, пожалуйста, я сейчас сойду с ума. Давай остановимся на минуту.
— Какого черта?
— Умоляю. Дай мне вздохнуть.
— Ты, как всегда, думаешь только о себе!
Она снова оттолкнула меня, на этот раз грубее и, освободившись, взяла мой портсигар. Я смотрел на то, как она подкуривает две сигареты и протягивает одну из них мне.
— Извини, я не хотел этого говорить. Не знаю, кто меня тянул за язык… нам на самом деле нужно остановиться на несколько минут. По-моему, мы оба сошли с ума.
Ванесса улыбнулась и выдохнула опиумный дым мне в лицо. За этот вечер я изучил ее тело до мельчайших изгибов, не было ни одного миллиметра кожи, к которому я бы не прикоснулся, но больше всего мне хотелось, несмотря на ее протест, прижать ее к кровати и продолжить это делать. И еще больше мне хотелось, чтобы она при этом продолжала протестовать и сопротивляться.
— В нас обоих вселился злой темный бес порока, — сказала она.
Очень смешно, подумал я, но вернул ей улыбку.
— Это такое странное ощущение, когда… полностью отпускаешь вожжи, — продолжила Ванесса, снова затягиваясь. — Необычное, но приятное. У тебя когда-нибудь до этого было такое?
— Настолько? Ни разу.
— Я почему-то так и подумала. — Она помолчала. — Я только что три часа подряд трахалась с мужчиной, и теперь хочу еще. Интересно, что бы это значило?
— Тебя не удовлетворяют женщины? Ты хочешь об этом поговорить?
Ванесса стряхнула пепел с сигареты.
— Я оценила ваш юмор, доктор Мори, — сказала она. — Но, как мне кажется, все не так просто, и одним сеансом это не обойдется.
— Мы уже говорили, что не стоит…
Она наклонилась ко мне и взяла за подбородок.
— …увлекаться. Да. А чем мы занимались сейчас? Целомудренно общались и пили зеленый чай? Я и с женщинами такого никогда не вытворяла, о мужчинах говорить не приходится. Что скажешь?
— «Я хочу тебя» подойдет?
— Мы договорились отдохнуть минуту.
— Минута уже прошла.
Ванесса поднялась.
— Я хочу принять душ. У тебя есть халат?
— Конечно. В шкафу. Только для начала я включу обогреватель. Или тебя интересует холодный душ?
— О нет, холодный душ меня не интересует. И еще меньше меня интересуют все эти новомодные кнопки в твоей ванной комнате. Будь добр, разберись с ними без меня.
Включив обогреватель, я подошел к зеркалу, оглядел себя, включил воду и пригладил волосы. В ванной было холоднее, чем в спальне, и я уже повернулся и направился было к дверям, но тут снова увидел ее. Самый неподходящий момент, который только можно было придумать.
Беатрис стояла в одном из темных углов. На ней было все то же нежно-голубое платье, а в руках она держала букет из полевых цветов. На секунду мне пришла в голову мысль, что она принесла их мне, и я подавил нервный смешок. Сумрак частично скрывал ее лицо, но позволял разглядеть его выражение. В прошлый раз она одобряюще кивала мне и улыбалась, а сейчас она хмурилась и осуждающе качала головой.