Рубиро со связкой ключей устроил Картеру «большую экскурсию». У склада не было ни названия, ни логотипа. Единственным опознавательным знаком был номер «535», нанесенный через трафарет на ржавую металлическую табличку над воротами.
Селия оказалась мастером преуменьшения. Объект был не просто бельмом на глазу города — он смердел. Весь двор и большая часть пирса были заставлены двухсотлитровыми бочками с промышленными отходами, источавшими едкий химический запах. Насчет крыс она тоже не ошиблась: целые орды грызунов сновали между бочками, недовольно пища на незваных гостей.
Когда Рубиро открыл дверь главного здания, Картеру пришлось закрыть нос и рот платком. Электричество здесь давно отключили. Слабый серый свет пробивался сквозь грязные окна в крыше, едва разгоняя мрак по углам. Внутри тоже стояли канистры с токсичными отходами, и их запах был просто удушающим.
Следующие полчаса Картер методично изучал территорию. Он запоминал планировку, фиксировал в памяти расположение входов и выходов, присматривал места для укрытия и намечал пути возможного отхода.
— Вот и всё, сеньор, — подытожил Рубиро, когда они закончили обход. — Вы отлично справлялись, — сказал Картер. — Грасиас, сеньор. — Но боюсь, ваши услуги здесь больше не понадобятся. — Но как же так, сеньор?.. — Будем честны: здесь просто нечего охранять, — отрезал Картер. — Но я ценю ваш труд и хочу выплатить вам двухнедельное выходное пособие.
Рубиро ловко спрятал деньги в карман. — Мучас грасиас, сеньор! — Пожалуйста, передайте своей компании, что в охране я больше не нуждаюсь. На самом деле, вы можете идти прямо сейчас. Я сам всё запру.
Охранник передал Нику связку ключей, завел свой старенький драндулет и поспешно укатил. Картер запер ворота и вернулся в такси.
Водитель осторожно спросил, когда они выехали в сторону Лимы: — Эта недвижимость принадлежит вам, сеньор? — Да. Таксист лишь сочувственно покачал головой: — Какая жалость.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Они называли себя «Лос Идальгос», в честь обедневших рыцарей, покинувших Испанию, чтобы основать империю в Новом Свете. На деле же это была озлобленная клика студентов, чьи богатые семьи лишились имущества после экспроприации хунтой. Кипящие от негодования реакционеры, они жаждали мести.
Четверо из них затаились в сумерках за кустами на территории университетского кампуса. Движущей силой группы был Мартин Сантьяго — он был заметно старше остальных, худощавый, бородатый, с диким блеском в глазах.
— А вот и он! — прошипел он.
По извилистой дорожке шел пожилой мужчина с портфелем под мышкой. — Закройте лица, — скомандовал Сантьяго, повязывая темный шарф.
Жертвой был профессор Освальдо Харамильо, читавший курс экономики. Его умеренно левые взгляды и теория о том, что общинный уклад инков может стать моделью для спасения современного крестьянства, сделали его целью. Для «Идальгос» он был «марксистской мразью».
Когда профессор поравнялся с кустами, четверка выскочила наружу. — Что... что вам нужно? — выдохнул Харамильо. — Мы хотим очистить университет от таких, как ты! — выкрикнул Сантьяго. — Ты влил достаточно яда в уши студентов!
Профессор был напуган, но не сломлен: — Вы с ума сошли! Прочь с дороги! — Проучим учителя, братья!
Жестокий толчок сбил старика с ног. Книги рассыпались по асфальту. «Идальгос» окружили его, избивая ногами и кулаками. Удар по лицу разбил его очки. Сантьяго нанес мощный удар в живот, заставив профессора согнуться пополам. Они не давали ему упасть, удерживая за одежду, чтобы продолжать избиение.
Увидев приближающихся студентов, Сантьяго скомандовал: — Довольно! Мы не станем убивать его. Не сегодня.
Они бросили Харамильо на мостовую. Уходя, Сантьяго нанес последний удар по ребрам. Нападавшие скрылись в роще, на ходу снимая маски и переходя на спокойный шаг, чтобы не привлекать внимания.
У общежития их ждала угнанная машина. Водитель, молодой парень, нервничал: — Ну как? Вы достали этого ублюдка? Жаль, что меня не было с ва... Сантьяго наотмашь ударил его через открытое окно: — Идиот! Я велел не глушить мотор!
Машина петляла по городу, пока Сантьяго не убедился, что хвоста нет. Он высадил соратников одного за другим, а сам отогнал автомобиль в темный переулок, тщательно протер отпечатки пальцев и оставил ключи в замке — воры избавятся от улики быстрее полиции.
Через пятнадцать минут Сантьяго уже стоял на оживленной автобусной остановке у Университетского парка. Рядом на скамейке сидел дородный бородатый мужчина с газетой. Если бы он сложил газету под мышку — это был бы сигнал тревоги. Но мужчина продолжал читать.