— Какие, к дьяволу, шутки, — окрысился я.
— Но это и была Диана. — Он указал пальцем на дверь. — Она только что вышла.
— Диана Луиза Томас? — уточнил я.
— Именно так.
— Эта ночка не обещает быть для меня удачной! — буркнул я. — Она из твоих девочек?
— Скорее свободная художница, — промямлил он. — Иногда, когда в настроении, принимает заказы.
— Где я могу ее найти?
— Не знаю!
— Тогда я позвоню в отдел нравов и выясню, не подкинут ли они мне ее адресок, — холодно предупредил я.
— Я поддерживаю с ней контакт через ее дружка, — поспешно заговорил он. — Не в курсе — живет ли она с ним постоянно или нет.
— У него есть имя?
— Бергер. Льюс Бергер!
— Адрес?
— Пайн, 51. На втором этаже. Подниматься на своих двоих.
— Чем он занимается?
— Никогда не спрашивал, — с ходу ответил Лэймонт. — Сам он из голубых, но как-то раз поинтересовался, нужна ли мне девочка для работы от случая к случаю. Я ответил, что это зависит от девочки. И он прислал эту самую Диану Томас на пробу. Она отработала по высшему разряду, и я согласился на его условия.
— Настолько хороша?
— Как инопланетянка! — ответил он. — Пользуется наручниками.
— Может, объяснишь? — недоуменно пробормотал я.
— Заводит ваши руки за спину и защелкивает на них браслеты, — пустился он в объяснения. — Затем укладывает вас на кровать и раздевает, пока ясно?
— Да, а потом?
— Начинает вами заниматься. — Его физиономия даже слегка покраснела. — Словами это трудно выразить, лейтенант. Она так умеет прикасаться! Проходит совсем немного времени — и каждая жилка, каждый нерв в вашем теле возбуждается до предела. Вы приходите в исступление, но бессильны что-либо сделать, так как руки за спиной в наручниках, понимаете? Вот так она доводит вас до экстаза — и на этом конец сеанса. Поверьте мне, ощущение дотоле неведомое!
И еще одна невообразимая вещь. Она никогда даже туфли не снимает. Все время полностью одетая. Всегда в длинном элегантном платье, ну, как то, что было сейчас на ней. Есть ребята, которые не в восторге от обычного секса, так вот, они готовы отвалить кучу денег — целое состояние — за одну ночь с Дианой.
Зазвонил телефон. Он взглянул на аппарат и перевел взгляд на меня.
— Не возражаете, если я возьму трубку в спальне? — спросил он.
— Возражаю! — ответил я. — Снимай здесь! Он подошел к скромному белому столику и поднял трубку. Его разговор состоял из сплошных междометий, в основном отрицаний. Когда он положил трубку, его лицо имело серый оттенок.
— Плохие новости? — поинтересовался я.
— Ничего особенного, — уклонился он от ответа.
— Давай выкладывай!
— Да так, мелочевка. — Он встретил мой взгляд и жалко улыбнулся. — Одна из моих девок всего-навсего. Хотела узнать, может ли в эту ночь вместо нее отработать подруга, так как сама она неважно себя чувствует.
— А что, ты постоянно работаешь на Джо Саймона? — спросил я. — Или просто отстегиваешь ему процент с прибыли?
Эта мысль пришла мне в голову скорее интуитивно, но его реакция убедила меня, что я попал в точку.
— Джо Саймону? — переспросил он прерывающимся голосом. — Да вы шутите!
— Стоит мне позвонить в отдел нравов, и весь твой жалкий бизнес прихлопнут вместе с тобой, — ответил я, — а в суде сутенеры, как тебе известно, пользуются особой любовью.
— Целых двадцать пять процентов отстегиваю! — воскликнул он. — Мало этого, мне еще приходится вести отчетность, так как из его окружени наведываются ко мне каждый месяц с проверкой.
— Так это Джо Саймон был на проводе? Он кивнул:
— Я сказал ему, что еще не видел вас, лейтенант.
— Ты поступил мудро, — признал я.
— Не знаю, какую хреновину вы выкинули с Джо Саймоном. — Он с сомнением покачал головой. — Хотя вы пока и живы, но можете уже считать себ покойником, лейтенант. Вы знаете об этом?
Глава 5
Бар был переполнен оживленными, хорошо одетыми людьми, выглядевшими так, словно денег у них куры не клюют. Я продрался к двери личного офиса Франкенгеймера, открыл ее и ввалился без стука. Его грязно-коричневые глазки метнули быстрый взгляд, увидели, что это я, и скромно потупились.
— Судя по куче народу в заведении, похоже, что ты скоро подметешь все запасы спиртного из своего подвала, — заметил я, излучая радушие.
— Если мне даже это и удастся, все равно какая-нибудь сволочь вновь наполнит его под завязку, — буркнул он.
— Сволочь вроде Джо Саймона? — предположил я.
— Я не хочу неприятностей. — Толстые пальцы его правой руки нервно забегали по крышке стола. — Вы несете с собой беду, лейтенант. Страшную беду!
— У меня не заржавеет и за худшим, — поспешил заверить я. — И для теб это не новость. За сколько откупаешься от Джо Саймона?
— Тридцать гребаных процентов с выручки! — с чувством произнес он. — У меня здесь первоклассная клиентура — и достаточно одного инцидента, чтобы они все, бросив меня, стали накачиваться напитками в другом месте. Джо Саймон, по его словам, следит за тем, чтобы этого не произошло. За это он и снимает сливки — эти самые тридцать процентов.
— Тебе насчет меня стукнули? — спросил я в лоб.
— Минут десять назад, — последовал ответ. — Джо Саймон лично желает знать, кто и когда видел вас. По его словам, ваша песенка спета. Крышка и тому, кто увидит вас и тут же не доложит ему. Он пожелал узнать — не я ли сообщил вам о нем и этой сучке Рерден, о том случае, когда они вместе выпивали. Я солгал. — Он до боли стиснул челюсти. — Не уверен, что он мне поверил.
— Как давно здесь околачивается Джо Саймон?
— Три, может быть, четыре месяца. Кто-то сказал мне, что он прибыл сюда из Латинской Америки Причем не один, а со своей сворой. Как он сам говорит — город хоть и маленький, но с большими перспективами.
— Его доверенные проверяют твою бухгалтерию каждый месяц?
— Любой ревизор из налогового управления по сравнению с ней покажетс младенцем. Эта сучка — ходячий арифмометр.
— Сучка? — Я недоуменно уставился на него. — Энн Рерден?
— Ну так вот, теперь и я покойник за компанию с вами! Вы, часом, не знаете приличного гробовщика, который позаботится о нас обоих? Сразу же ставьте его в известность, не вдаваясь в подробности.
— Я же коп, — оставив его реплику без ответа, продолжал недоумевать я. — Как же так вышло, что до нынешнего дня мне ничего не было известно о Джо Саймоне?
— Я уже говорил, что он перекочевал сюда вместе со всей своей мафией, — пояснил Франкенгеймер на повышенных тонах. — Сама организация создавалась не здесь… с миру по нитке. Думаю, кто-то подготовил почву еще до того, как он тронулся в путь со своим табором. Сразу же по прибытии он уже точно знал, на кого и как нажать.
— Этим кем-то мог быть Драри?
— Вполне возможно, — согласился он. — Драри объявился в наших краях за шесть месяцев до Саймона. Парочка ребят не захотела участвовать в этом деле ни под каким видом, и оба сыграли в ящик. Один в автокатастрофе, а другой принял слишком большую дозу лекарств.
Тут-то до всех остальных дошло, что намного разумнее сотрудничать с Джо Саймоном.
— Использовал ли Саймон твои бар для других целей, помимо выпивки?
Он кивнул с видом побитой собаки:
— Сам Саймон — нет, а вот Драри — да. Я и в самом деле рад, что эту маленькую сволочь шлепнули. Он организовывал доставку допинга — правда, толкачам, не покупателям — и подбирал клиентуру для девочек Лэймонта. Какой еще чертовщиной он занимался, я не знаю, но готов биться об заклад, что ее было предостаточно.
— Что-то ты слишком быстро и рьяно взялся со мной сотрудничать, мистер Франкенгеймер, — заметил я. — Ума не приложу, с чего бы это?
— Вам это без разницы, лейтенант, — ответил он. — Вы уже покойник. — Его глаза немного расширились, когда он уставился на что-то поверх моего правого плеча.
Я стремительно развернулся рука метнулась к поясной кобуре, и тут же замер на месте. Их было двое, и у каждого в руке по пушке. Старшему на вид было около сорока, лицо его ничто не выражало, да и одежда — сама неприметная. Младшему — около двадцати, может, чуть больше, и одет он был с иголочки.