Сколько же ты носил все это в себе, Мальчик-который-выжил-и-хочет-умереть? Носил, не имея возможности высказаться: друзья бы не поняли этой ненависти, в лучшем случае лишь поддержали бы молча, но потом снова ринулись бы вместе в бой. Грейнджер, считавшая взрослых умнее всего, а Министерство — лидером положения, взывала бы к долгу, а Уизли непременно в своей манере встряхнул бы Поттера и отправился с ним воевать.
Но никто так и не подумал о том, что хотел бы сам Поттер.
— Ты никому ничего не должен, — твердым голосом произнес Малфой, садясь неподалеку от Поттера. — Ты вполне можешь злиться, и ты сам знаешь, почему. И я это тоже озвучил. Нет ничего плохого в том, чтобы злиться. И твоя злоба вполне справедлива. Я Дамблдора ненавидел всю школьную жизнь, потому что считал, что невозможно быть всегда идеально добрым, всепрощающим и понимающим.
— Нельзя, — согласно кивнул Гарри, убирая руки от лица, и Драко заметил на щеках блеснувшие в свете луны дорожки слез, но промолчал. — Но я так считал. У меня не было взрослых, которым я мог бы довериться и спросить совета, а тут Дамблдор… Я считал его кем-то вроде родителя, пока не появился Сириус. Сириус был хорошим другом… не совсем родитель, на самом деле, потому что он — тот еще балагур… но он тоже был взрослым, которому я доверял, но… он меня не всегда понимал. Особенно на пятом курсе. Меня злило, что Дамблдор меня игнорировал, а Сириус предлагал укротить свою злобу. Я понимаю, что у них в то время дел в Ордене было невпроворот и они считали, что их заботы важнее… Но какой в этом смысл, если всю работу по убийству Волдеморта в итоге пришлось делать мне? Даже крестражи почти все мы с Роном и Гермионой искали. Директор успел уничтожить только кольцо. Ну, ладно, он информацию дал. Но неужели нельзя было хоть немного внимания мне уделить? А Сириус… Я… черт… я виню себя в его смерти сильнее всего. Если бы я не послушал видения Лорда о том, что он пытает Сириуса, если бы допросил Кричера подробнее о том, когда и куда делся Сириус и на самом деле делся он, или сам ринулся проверять в дом на Гриммо… если бы… черт… — Поттера снова затрясло, и Малфой, поддаваясь секундному порыву, расположился рядом с ним и обнял гриффиндорца за плечи. Гарри уткнулся лбом в его плечо и всхлипнул, хватаясь рукой за слизеринскую мантию Драко.
— Если бы… Поттер, если ты задумываешься и говоришь «если бы», то знай — иначе быть просто не могло. Ты не влияешь и не влиял на обстоятельства, не бери на себя не свою ответственность. Я знаю только в общем подробности гибели твоего крестного, но и их мне хватает, чтобы понять — ты не виноват. Сириус ринулся в Отдел тайн спасать тебя, когда ты ринулся туда спасать его, так? — Гарри угукнул в его мантию. — Ну вот, и где тут твоя вина? Обманул тебя Кричер, так что в этом — его ответственность. Сириус сам отправился тебя вытаскивать, сам — это его ответственность. Смертельное заклятие в него, насколько я знаю из слов отца, кинула Беллатриса — это ее ответственность. Убийца — Беллатриса, это ее вина. Не твоя. Ты никак не мог повлиять ни на решение Сириуса, ни на ворчание Кричера. Ни на что. Так что ты не виновен в смерти Сириуса. Я думаю, где-то там, в загробном мире, он именно так и считает. Ты, конечно, можешь проверить и лично у него спросить, когда умрешь, но говорят, что самоубийцы чаще всего либо становятся призраками, либо исчезают в никуда, так что гарантии, что ты с ним встретишься, нет.
— У меня есть воскрешающий камень, — вдруг сказал Гарри, подняв голову. — Он дает возможность встретиться с призраками умерших.
Малфой в изумлении раскрыл глаза, но, постаравшись быстро справиться с шоком от полученной информации, спросил:
— Неплохой вариант поговорить и спросить Сириуса лично, не думаешь?
— Я… — Поттер закусил губу и опустил взгляд куда-то в пол. — Боюсь.
— Боишься того, что он скажет, что ты виновен? — догадался Драко. Поттер кивнул, и Драко снова притянул его к себе. — А вот и не скажет, я уверен. Проверишь и увидишь, что я прав. Вот поспорим?
— На что? — гриффиндорец вдруг неожиданно хихикнул, и Малфой посчитал это хорошим знаком.
— Если я выиграю, то… Ты пойдешь записываться в команду по квиддичу и дашь мне поймать снитч в этом году! — задумался Драко.
— Хитро, — усмехнулся Гарри, — и главное, без слизеринской выгоды никуда.
— Ну, а ты как думал, — губы Драко тронула легкая улыбка.
— А если выиграю я? — взгляд Поттера снова на мгновение остекленел, и Драко поспешил ответить, пытаясь заглушить в себе всплеснувшуюся горечь и крик:
— В таком случае я не буду тебе мешать покончить с собой. Как видишь, я абсолютно уверен в своей правоте.
Гарри в изумлении раскрыл рот, и через мгновение громко захохотал, утыкаясь лбом в плечо Малфоя.
— Ну вот точно, куда без слизеринской выгоды? Ты очень хитер, Малфой.
— Это точно, — согласился Драко. — Так когда проверять хочешь? Хоть сейчас.
— Сейчас не получится, я спрятал камень, он не в Хогвартсе, — признался Гарри.
— Ты обещаешь сказать мне, когда проверишь? А то я хочу знать, о чем еще вы с Сириусом поговорите.
— Ладно, — выдохнул гриффиндорец. — Так уж и быть.
Драко мысленно успокаивал мысли: так, Поттер согласился поговорить с Сириусом, кажется, опасная фаза миновала и сегодня он не сиганет с Астрономической башни. Однако внимательным быть все равно стоило.
— Вот и договорились, — проговорил слизеринец. — А еще, кстати, я тебя никогда не считал врагом. Ты меня просто бесил, но с возрастом я понял, что бесил ты меня по причинам, которые я же себе и накрутил, я уже сказал о них тебе сегодня.
Гарри вдруг снова усмехнулся.
— Смешно… я ведь тебя тоже никогда не считал врагом. Ты меня бесил тем, что оскорблял Рона и Гермиону и выпендривался.
— Сейчас я понимаю, что был не прав и в этом. Они оба не виноваты в тех условиях, в которых оказались. Грейнджер не виновата, что родилась… магглорожденной, а Уизли не виноват, что родился в бедной семье. Хотя надо сказать, они оба меня все равно бесят.
— Злюка ты, — беззлобно фыркнул Гарри, и Малфой улыбнулся.
Кажется, в самом деле на сегодня Поттер в безопасности, но вот надолго ли?
— А теперь возвращаемся к прошлой теме. Вот реально подумай — что бы ты на самом деле хотел в этой жизни? Теперь, когда над твоей головой не висит угроза Лорда? Наплюй на все обещания, требования и упрашивания. Вот ты сам… что хотел бы? Создавать заклинания? Торговать книгами? Готовить мороженое? Танцевать стриптиз в Лютном переулке?
Гарри захохотал в голос.
— Что-о? В Лютном переулке танцуют стриптиз?
— Да, в заведении «У Бринстоля», там вообще не только стриптиз, но и…
— Мерлин, я не хочу об этом знать! — Поттер снова заржал.
— Кстати, этот Бринстоль утверждает, что его заведение настолько древнее, что сам Мерлин был его клиентом и предпочитал…
— Драко, заткнись! — Гарри снова уткнулся в его плечо и хохотал.
Малфой мысленно пытался успокоиться и надеялся, что его трясущиеся руки будут не так заметны.
— Я тут ни при чем, все претензии к Бринстолю, — он снова улыбнулся.
— А ты его откуда знаешь? Клиентом, что ли, был? — Гарри приподнял голову и с лукавым взглядом посмотрел на него.
Драко лишь фыркнул.
— Еще чего. Спасибо, если я захочу стриптиз, ласки или секс, я предпочту увлечься процессом соблазнения сам.
— О, мистер Малфой, да вы у нас эстет, — Гарри снова засмеялся.