- Дерьмо. - Ведь был еще один странный звонок, когда тоже никто не ответил, но ей показалось, что она услышала "Умри, сука" как раз перед тем, как Цезарина, раненная, вернулась домой. По ее коже поползли мурашки. Была ли связь между этими звонками?
Передняя дверь открылась, затем со стуком захлопнулась.
Шугар от испуга едва не подпрыгнула до потолка.
Крикет, выглядящая так, будто дважды за последние двадцать четыре часа побывала в аду и вернулась обратно, вошла в комнату, бросив свой рюкзак у обеденного стола.
- Где ты, черт побери, была? - Потребовала ответа Шугар, все еще взвинченная донельзя.
Цезарина, лежавшая в своем укрытии под кухонным столом, поднялась на ноги, размахивая хвостом. Она потянулась, зевнула, а затем неторопливо подошла к Крикет, чтобы та почесала ей за ушами.
- Иисусе! Что с ней случилось? - Спросила она, глядя на обритую шею собаки и наложенные на порезы швы. Кожу Цезарины покрывали пятна желтого антисептика и засохшая кровь. - Она проиграла в драке с гризли?
- Не знаю. Это было так странно. Я утром выпустила ее на улицу, а вернулась она вся порезанная, сопящая и пыхтящая, и до смерти напуганная, что, как ты знаешь, совсем не похоже на Цезарину. Я отвезла ее в скорую ветеринарную помощь, где мне сказали, что ей повезло... Я думала, может, она подралась с опоссумом или с енотом, но ветеринар сказала, что порезы, похоже, нанесены каким-то лезвием, и посмотрела на меня так, будто мне нравится рано по утрам кромсать и резать свою собаку. Она предположила, что Цезарина нарвалась на что-то ядовитое, и поэтому словно задыхалась как при аллергии или вроде того. О, черт, ветеринар сама не знала.
- Они все там шарлатаны, - сказала Крикет, поглаживая собаку по голове.
- Так или иначе, она жива, и, несмотря на то, что выглядит жутко, находится в довольно хорошей форме.
И все же это было странно. Телефонный звонок, нападение на собаку... Шугар была испугана.
- Итак, - сказала она, возвращаясь к предмету, которого избегала Крикет. - Где ты была?
- Какое тебе дело? - Волосам девушки требовалась расческа, макияж был в жутком состоянии, а на ее крестьянской блузе была пара пятен. Край татуировки выглядывал из-под пояса обтягивающих бедра джинсов, которые нуждались во встрече лицом к лицу с целым ковшом «Тайда». Когда Крикет потянулась, в пупке ее плоского живота блеснуло кольцо.
- Не начинай, ладно? Пока ты живешь здесь, ты отчитываешься передо мной. Я была просто не в себе от беспокойства.
- Мне уже не девять.
- О, да, вся такая взрослая.
- Господи. Что на тебя нашло?
Шугар решила подождать несколько минут, пока успокоится, прежде чем рассказывать Крикет о телефонных звонках. Возможно, это был просто какой-то бездельник из клуба, кто-то, получающий удовольствие, пугая ее. Нет причины паниковать. Пока еще нет. До тех пор, пока она не успокоится.
- Просто я нервная сегодня.
- И что, это моя проблема? Я так не думаю. Остынь.
- Ты могла бы позвонить.
- А ты могла бы прекратить придираться. - Бросила Крикет в ответ. - Оставь меня в покое, ладно?
Шугар глубоко вздохнула. Стряхнула с себя страх, который на секунду охватил ее.
- Я не собиралась набрасываться на тебя.
- Хорошо. Тогда прекрати делать это, ладно? Хватит уже этих штучек обеспокоенной мамаши. - Крикет зевнула. - У нас есть кофе? - Она провела рукой по своим коротким волосам. Окрашенные в рыжий цвет с пурпурными прядями, они смотрелись причудливо, но, тем не менее, не выглядели плохо. Когда были уложены. То есть не этим утром.
- Холодный.
- Не имеет значения, пока в нем есть кофеин.
Она, почти засыпая на ходу, вошла в кухню, нашла чашку и налила в нее немного гущи, которая осела в стеклянном сосуде. Снова зевая, Крикет поставила свою чашку в микроволновку и нажала на кнопку.
- Ты могла бы сделать свежий.
- И этот сгодится.
- Где ты была?
- Не дома. - Ее взгляд стал напряженным, но она не уточнила.
- Это я знаю. С кем ты была?
Крикет лишь молча посмотрела на нее. Она выглядела такой маленькой и уставшей, почти утратившей вкус к жизни, и Шугар почувствовала укол вины. Она не сделала свою работу как полагается, потерпела неудачу. Когда их мать убили, Шугар поклялась заботиться о своих младших родственниках, но наломала дров. Дикки Рэй был, по существу, мелким мошенником, в то время как Крикет - парикмахер, с вечными проблемами по сохранению рабочего места, так и не раскрыла весь свой потенциал. Но... если бы в их руки попала принадлежащая им по праву часть состояния Монтгомери, все это изменилось бы.