- Бросьте, капитан, - небрежно махнул рукой Эрмано Тимотео, - там же за милю несло политикой. Использовать властный ресурс для расправы с неугодными - приём старый, как мир. Мы чисты перед законом, как стёклышко. Любой честный гражданин в Алвезии вам это подтвердит.
- Нисколько не сомневаюсь, - всё так же вежливо сказал Дагоберто, - похоже, все добропорядочные граждане в Алвезии - неплохие математики и прекрасно рассчитывают и соотносят расстояния на котором от них находятся Примо Сенаторе и ваш почтенный Круг.
- Прекратите ваши бесплодные пикировки, синьоры, - вмешалась в разговор Селена, - Круг магов защищает Алвезию от варваров столь же отважно и самоотверженно, как и вы обе Карлезии, капитан. В вашей беседе уже прозвучало имя человека, ради которого я и собрала вас в моём доме. Примо Сенаторе Квинто Чино.
- У вас тоже к нему какие-то претензии, капитан? - спросил я Мортимера.
- У нас с ним серьёзное разногласие по одному вопросу, синьор Ломбард, - улыбнулся Дагоберто, - Примо Сенаторе хочет забрать с собой нечто, что мы считаем должно достаться нам.
- Буду с вами откровенен, капитан, - доверительно начал я, - мне абсолютно всё равно, что вы задумали отобрать у Квинто Чино. Я здесь лишь для того, чтобы убить Примо Сенаторе и его провожатых. Плевать на ваши смелые замыслы и тем моим соратникам, что не присутствуют сегодня на этой встрече. Их мотивы тоже сугубо личные. Но вот какая досада - достопочтенный магистр, - кивком указал я на Эрмано Тимотео, - также мечтает наложить руки на кое-какое имущество Примо Сенаторе. Поэтому, ради общего душевного спокойствия, я хочу убедиться, что ваши корыстные интересы не пересекаются самым прискорбным образом.
- Мы догадываемся на что положил глаз алвезианский Круг, - невозмутимо ответил Мортимер, - заверяю всех собравшихся, нас это не интересует. Мы, как бы это выразиться, опасаемся иметь с этим хоть какое-то дело. Полагаем, наша квалификация не позволяет.
- Что же в багаже Примо Сенаторе привлекло лично вас? - вежливо, но твёрдо произнёс я.
- Чёрные камни.
- У вас проблемы с клёвом? - удивился я.
- С клёвом у нас всё в полном порядке, - улыбнулся Дагоберто, - это другие чёрные камни.
- Лучшие камни для зачарования, - пояснил Эрмано Тимотео.
- Вот оно что, - понимающе кивнул я, - слышал о таких.
Магия зачарования. Именно благодаря ей мы до сих пор носим доспехи и рубимся мечами и топорами. Из-за неё же изобретённый ещё несколько столетий назад алхимиками порох так и не получил никакого применения в военном деле. Тогдашние примитивные аркебузы и пистолеты оказались совершенно бесполезными против защитных чар, которые накладывались на доспехи. А атакующие чары, которыми пытались зачаровать пули, неизменно разрушались при выстреле. Вот такое вот прискорбное свойство, совершенно не типичное для стрел и арбалетных болтов. Неудивительно, что о порохе все очень скоро дружно позабыли. Да вы и сами это прекрасно знаете.
- Вот именно. Камни, что позволяют накладывать лучшие чары на доспехи и оружие. Но вы не пользуетесь ни тем ни другим, воюя с варварами лишь чистыми заклинаниями. Так что камни вам, получается, и ни к чему, - озвучил свою позицию Мортимер.
- Это покойнику квартира уже ни к чему, - задумчиво изрёк алвезианец, - а с лучшими камнями для зачарования не всё так просто. Хотя, определённый резон в ваших словах, безусловно, есть. Сколько камней везёт с собой Примо Сенаторе?
- По нашим сведениям целый сундук.
- Тяжёлый зараза, - недовольно поморщился Эрмано Тимотео, - ладно, считайте они ваши. Всё что надо было зачаровать - мы давно уже зачаровали.
- Что, даже с шефом не посоветуетесь? - на всякий случай уточнил я.
- Как говорит наш шеф - первый чародей Круга: "Я вышвырну вас из моей шайки и вам вновь придётся стать честными людьми" - впрочем, это немного не то. "Когда делишь шкуру неубитого гризли, главное, не разругаться вдрызг. Ссоры - привилегия победителей".
- Тогда мне остаётся сказать лишь одно, капитан, - дружески обратился я к Дагоберто, - помочь землякам - святое дело. Добро пожаловать в нашу компанию. Кстати, а сколько вас?
- Двадцать. Лучшие из лучших.
- Неплохо. Будем надеяться, что вас и местных стражников хватит, чтобы отразить морской десант. Да, особо не задирайте местных бойцов. Как вы уже поняли из моих слов, они - наши люди.
- Меня больше заинтересовали ваши слова о морском десанте, - прищурился Мортимер.
- Да я тут прикинул на досуге. Неважно как сюда проберётся Примо Сенаторе. Впрочем, на месте Джело я пошёл бы напрямую через леса и болота центральной Флорезии. Наместник, как я понимаю, решил твёрдо держаться проварварской ориентации и к Квинто Чино враждебен точно так же как и к вам, капитан. Из Тампино он Примо Сенаторе не выпустит, хотя бы, чтобы выслужиться перед новым кайзером. Сил у него на это хватит. Соваться туда - гиблое дело. Но, как я уже говорил, суть не в этом. К Леариццо обязательно пристанет корабль, на котором Чино уплывёт в Новые Земли. И это, уж вы мне поверьте, будет всем кораблям корабль. И дай святой Януарий, чтобы он был один. В лучшем случае, они возьмут под свой контроль лишь порт, в худшем - попытаются захватить весь город.
- Корабли из Новой Орлезии, как я понимаю, - сказал Дагоберто, - "Драконы Тьмы"?
- Самое неприятное, если легат Лючиано Бэй начнёт долгожданное наступление из Земли Тексо на Луэзию и разобьёт вдребезги этих головорезов. Тогда весь осиный рой, что обосновался в Новой Орлезии, рванёт прямиком к нам. Будет жарко. Кстати, вы-то почему приплыли лишь на одном судне?
- А нас никто не разбивал, - вежливо улыбнулся Мортимер.
- Одним словом, десант будет и встречать его придётся. Но другого выхода у нас и нет, верно? К слову, раз я уже упомянул о Лючиано Бэе, никто не в курсе, как обстоят дела в Земле Тексо?
- Скверно, - поморщился Дагоберто, - они отменяют рабство.
- Быть не может, - не поверил я, - они переметнулись к аболиционистам?
- Вот именно, - процедил Мортимер.
- То есть если я встречу в Земле Тексо какого-нибудь вольноотпущенника в белоснежном костюме с иголочки, в белых туфлях и шляпе, с тростью с серебряным набалдашником и серебряными же часами на цепочке, я не смогу потребовать чтобы этого мерзавца продали на аукционе?
-Увы, - горестно развёл руками капитан.
- Отринули наше классовое учение, - с нескрываемой горечью тихо произнёс я.
- Что за учение? - с нескрываемым любопытством спросила Тансервилл.
- Мы же не варвары, - объяснил я, - это у них по их примитивным представлениям есть лишь кайзер и его подданные, которые делятся на умных и глупых, талантливых и бездарей, трудолюбивых и лентяев. А мы - цивилизованное общество и прекрасно знаем, что разделены на два класса - рабов и рабовладельцев. И что между этими классами существуют противоречия и противоречия эти - непримиримые, поэтому всё что нам остаётся - это угнетать, угнетать и ещё раз угнетать.
- Не поделитесь, а сколько рабов было лично у вас? - хитро прищурившись, поинтересовалась Селена.
- Ровно столько же сколько у девяти десятых граждан Империи: двое - правая и левая рука. Как вы видите они и сейчас при мне. Но что это меняет - от классовой борьбы не спрятаться и не уйти.
- Вы внесли бы куда больший вклад в эту борьбу, если бы пошли в надсмотрщики или охотники за беглыми рабами, - с нескрываемой иронией заметила Тансервилл, - с вашими-то талантами. Надсмотрщики, между прочим, неплохо получают, спросите хотя бы у надсмотрщика Джакомо Гриндейла. А про гонорары охотников вам, думаю, охотно поведает Ренцо.
- Рука у меня не поднялась, совесть не позволила лишить рабочих мест несчастных бедолаг, - хладнокровно парировал я, - я уж как-нибудь на зарплату библиотекаря прокормлюсь. И всё-таки, я могу быть уверен, что ничего подобного в Южной Карлезии не произойдёт, - с надеждой посмотрел я на Мортимера.
- Только через мой труп, - клятвенно пообещал Дагоберто.
- С вами и так понятно, - перевёл я взор на Эрмано Тимотео, - такими темпами рабы у вас очень скоро закончатся.