– То есть как – без присутствия? – возразил следователь. – Вчера, когда вы передали нам ключи, мы при вас открывали и салон и багажник. И вы в присутствии свидетелей признали все вещи своими. В том числе этот баллончик.
– Да я не обратил на него внимания! – возмутился Николай. – Вы мне показываете мой же багажник, где черт знает сколько барахла, и спрашиваете – все вещи мои? Все мои, чьи же еще! Я вам так и сказал!
Его друг погас и только покачал головой. Николай вопросительно взглянул на него и перевел взгляд на следователя:
– Ну и что вы хотите сказать? Царапины закрасили этой самой краской?
– Похоже на то.
– Но я этот баллон туда не клал.
– В таком случае вы можете сделать письменное заявление об этом, и мы приобщим его к делу.
Николай задумался. Потом спросил, нет ли на баллоне отпечатков пальцев? За себя он ручается – в жизни не держал его в руках!
– Там нет никаких отпечатков, – порадовал его следователь. – Даже отпечатков пальцев продавца. Баллончик протерли, прежде чем положить в багажник. Значит, своим вы его не признаете?
– Ни в коем случае.
– Но вчера вы все-таки подписали протокол, признав все вещи своими.
– Да я не об этом думал! Вы сказали предоставить машину для эксперимента – я предоставил! Все было добровольно, я же хотел вам помочь! – Мужчина вскочил и навис над столом, будто собираясь разнести его на части ударом внушительного кулака. – Сами подумайте – ну на кой мне было класть этот чертов баллончик в свой багажник, если это я поцарапал и покрасил машину?! Я что же, по-вашему, – полный дебил?! Угрохал жену и следов не замел?!
Друг дергал его сзади за пиджак, уговаривая сесть и замолчать, но разъяренный Николай его не слушал. Дискуссия ни к чему не привела. Все закончилось написанием заявления, после чего Николая отпустили. Он едва переводил дух, усаживаясь в машину своего приятеля.
– Дело плохо, по-твоему? – спросил Николай, вглядываясь в его помрачневшее лицо.
– Слушай, ты точно не покупал эту краску?
– Ручаюсь. Зачем мне ее покупать?
– А твоя жена не могла…
– Она такими вещами не занималась.
Тот вздохнул:
– Ты уж меня извини, но, похоже, приятель твоей жены оказался прав. Тебя кто-то хочет подставить. Баллончик подкинули, ясное дело. И это очень скверно, что у тебя всего один комплект ключей от машины. Ты сам это признал. А стало быть, если исключить твою жену, положить что-то в багажник мог только ты.
– Да глупости! Если бы я заметал следы и красил машину, я бы выбросил этот баллон! Неужели непонятно?!
Николай распустил узел галстука и сказал, что так примитивно его подставить не удастся. Наличие в багажнике баллончика с краской еще ничего не доказывает.
Если его друг и думал иначе, то все равно промолчал. Ему не хотелось раньше времени объяснять, насколько серьезно положение, в котором очутился Николай. Да тот бы ему и не поверил. В эту минуту он больше всего беспокоился об оставленной доме дочке.
После похорон матери Диана не ходила ни в школу, ни в свои бесчисленные кружки. Бабушки решили, что девочка слишком глубоко потрясена, чтобы перенапрягаться, и держали ее дома. Инесса Павловна жила там постоянно, мать Николая приезжала каждый день. И все время в доме появлялся кто-нибудь из родственников или друзей. И несмотря на это, Диана все равно выглядела заброшенной и очень одинокой.
Ее вчерашнее признание сильно озадачило отца. Николай поверил девочке, но только в первую минуту. Потом он призадумался. То, что рассказала Диана о неудачной попытке взлома, было слишком похоже на те байки, которые он слышал от покойной жены. Может быть, девочка услышала нечто подобное краем уха и теперь повторяла? Он не верил, что кто-нибудь может взломать дверь – там стояли достаточно надежные замки.
И все-таки… Из сумки его жены пропали ключи от квартиры. Ее паспорт остался на месте, но ведь там был адрес прописки. Преступнику не потребуется много сообразительности, чтобы найти квартиру и проникнуть в нее. И Николай решил срочно поменять замки, раз уж невозможно сменить адрес.
Он еще с утра созвонился с фирмой, где когда-то заказывал входную дверь, и вызвал мастера. Когда Николай вернулся, работа шла вовсю. Диана стояла на лестничной клетке и сосредоточенно наблюдала за тем, как мастер выкручивает старый замок. Отец потрепал ее по склоненной голове:
– Ну, теперь успокоилась?
– А если они сломают дверь? – глубокомысленно произнесла девочка.
Мастер удивленно заметил:
– Надо же, какой умный ребенок! Не бойся, девочка, не сломают. Дверь у вас надежная, а сейчас я вам поставлю самые лучшие замки.
– Слышала? – спросил отец.