Николай сидел на кухне в компании своего отца и самых близких друзей. Как до них дошел слух о несчастье – он не знал. Утром он позвонил своим родителям, Инесса Павловна поставила в известность свою близкую родню. До остальных новость дошла, как расходящиеся круги по воде.
Нина была сбита машиной – позавчера, в среду, в центре города, в одном из переулков. Переулок располагался совсем неподалеку от офиса, откуда она вышла во время обеденного перерыва. В то утро Николай даже не видел толком жену. На работу они поехали порознь – он отвозил Диану в школу, а Нина сказала, что доберется сама. В офисе их пути тоже не пересекались. Нина разбирала накопившиеся за время ее «отдыха» бумаги и в кабинет к мужу не заходила. Незадолго до полудня она сказала своей подчиненной, что пойдет выпить кофе в одном из ближайших ресторанчиков. Та пыталась было составить ей компанию, однако начальница решительно отказалась. Правда, тут же извинилась за резкость, пояснив, что хочет просмотреть за чашкой кофе кое-какие бумаги. Общество ей ни к чему.
Она ушла, и с тех пор ее никто не видел. Очевидцев происшествия тоже не оказалось, несмотря на то что в обеденное время переулки рядом с офисом были достаточно оживленным местом. Судя по тому месту, где нашли тело, женщина действительно направлялась в маленький ресторанчик, где бывала и прежде. Ей оставалось пройти всего несколько шагов и свернуть за угол… Но она осталась лежать на тротуаре.
Милицию и «скорую помощь» вызвали, судя по всему, спустя несколько минут после наезда. Однако свидетелей случившегося так и не нашлось, а помощь опоздала. Нина скончалась еще до того, как над ней склонился врач.
Для того чтобы найти родных и оповестить их, потребовалось больше суток – и все потому, что при женщине не оказалось ни сумки, ни каких-либо документов в карманах пальто, ни ключей – ничего. Только сплющенная до неузнаваемости пачка сигарет и несколько случайных монет, завалявшихся на дне кармана. Персоналу ресторана, куда она направлялась, была показана сделанная с трупа фотография. Кто-то из официантов узнал Нину, припомнил, что она приходила сюда несколько раз в месяц. Иногда с нею бывали какие-то люди – судя по всему, сослуживцы. Время – всегда обеденное. Но где именно она работала и как ее звали, официант не знал.
Помогла случайность – одна из посетительниц, случайно увидевшая снимок, едва не лишилась чувств, а потом истерично закричала, требуя объяснить, что случилось с ее начальницей?! По иронии судьбы, это была та самая женщина, которая накануне пыталась составить Нине компанию. Она зашла в ресторан после работы, чтобы купить сыну свежих, изготовлявшихся только здесь пирожных. Именно от нее следствие получило все координаты жертвы.
– Мы его найдем, Коля, – внушал другу изрядно подвыпивший Арарат. Глаза у него были на мокром месте, и он выглядел едва ли не более расстроенным, чем вдовец. – Мы заплатим, чтобы нашли, и его найдут!
– Успокойся ты, – сквозь зубы отвечал тот. – Сядь прямо, ну? Как ты домой поедешь?
– Коля, – тот ронял голову другу на плечо и бессвязно вспоминал, как давно они дружат, сколько вместе пережили, сколько прблем разрешили… И вот теперь такое несчастье! Захмелевший Арарат звал Диану и совал молчаливой девочке деньги – полную пригоршню мятых долларов и рублей.
– Купи себе что-нибудь!
– Спасибо, – неожиданно разговорилась Диана. Это было чуть ли не первое слово, произнесенное ею за вечер.
– Верни деньги, – приказал отец.
Но Арарат сказал, что в таком случае он смертельно обидится. Имеет он право сделать подарок своей крестнице? И в самом деле, когда-то он крестил Диану (иначе Дуняшу). Именно из-за этого простецкого имени, навязанного дочке, Нина и недолюбливала Арарата. Она сама звала дочь Дианой и других приучила к этому имени.
Инесса Павловна бродила по квартире, робко заглядывая на кухню, но не решаясь заговорить с зятем. На него тяжело было смотреть, хотя он, подобно Диане, не плакал и не устраивал истерик. Темное, почти бурое лицо, посветлевшие от горя, застывшие глаза… Прошлую ночь он совсем не спал, и как держался до сих пор на ногах, было непонятно. Приходилось отнести это чудо на счет его богатырского сложения.
Наконец ей удалось привлечь внимание зятя. Она вызвала его в коридор энергичными знаками, а затем увлекла и дальше, на лестницу.
– Знаешь, ведь он вчера звонил! – сообщила она, прознося «Он» с большой буквы.
– Кто? – Николай потер лицо широкими ладонями и на миг застыл так, будто собирался играть в жмурки. – Не могу, падаю… Сейчас всех разгоню, и спать!
– Правильно, ложись. Но я решила, что тебе нужно знать. Он звонил… Этот… Ну, Олег.
Последние слова Инесса Павловна произнесла очень виновато, как будто стыдилась упоминать это имя в связи с погибшей дочерью.
Николай проявил весьма слабый интерес к ее сообщению. Он только спросил, что этому типу было нужно?
– Беспокоился, что она опять пропала, – призналась теща.
– Откуда он узнал? – насторожился Николай.
– Прости, но это я ему сказала. Думала, Нинка опять у него отсиживается. Коля, скажи мне, бога ради, что у вас в последнее время происходило? Почему она вдруг ушла?
– Ох, да не лезьте вы не в свои дела! – взорвался Николай.
Его голос прогремел на весь подъезд, испуганная женщина чуть не присела от этого рыка. Она укоризненно взглянула на зятя, напомнила, что она намного его старше, и с достоинством поднялась в квартиру. Проверила, легла ли Диана спать. Та спала, полураздетая, крепко сжимая в кулаке подаренные деньги. Инесса Павловна осторожно вытащила их из горячих мокрых пальцев и надежно спрятала у себя в сумке. А затем стала понемногу выпроваживать гостей, шепотом объясняя, что всем нужен отдых, впереди еще столько хлопот… Она вела себя так разумно и сдержанно, что некоторые, мало осведомленные люди скорее принимали ее за свекровь покойной, чем за мать.
Наконец посторонние разошлись. Но и тогда спальных мест хватило не всем. Впрочем, мужчины спать не собирались. Они продолжали сидеть на кухне, опоражнивая очередную бутылку и обмениваясь – в который раз – клятвами найти этого «беспечного ездока» и как следует с ним разделаться.
– Сбить женщину и не остановиться! – негодовал Арарат. – Да я сам с ним разберусь, главное…
– Ну да, главное найти, – соглашался с ним приятель. – Можно и своими средствами.
– Как ты своими средствами найдешь? Свидетелей-то нет.
– Можно поискать, – с пьяным упрямством повторял тот.
– Как ты будешь искать, чудила? Сыщика наймешь?
Они углубились в проекты расправы. Николай сидел с краю стола, с таким видом, словно все это его не касалось. Он вертел в руке вилку с нанизанным на зубья маринованным грибком. И вдруг остановился, уставившись на грибок с таким изумлением и ненавистью, будто именно тот был виновен во всех несчастьях. Отложив прибор, он отправился будить тещу.
Инесса Павловна уже успела задремать – она легла рядом с Дианой. Увидев склоненное над собой темное лицо зятя, женщина слегка оторопела.
– Скажите, а чего он вообще хотел, этот Олег? – спросил он. – Почему позвонил?
– Почему? – силилась сосредоточиться женщина. – Я не поняла… Он Нину позвал, ну а дальше…
– А зачем ему Нина? Они же расстались, она мне сама сказала накануне.
– Правда? – обрадовалась та. Но тут же погасла – какое это теперь имело значение! – Он не сказал, зачем она ему нужна. Но очень тревожился, что она снова пропала. Коля, да забудь ты о нем! Что теперь сводить счеты… Лучше не вспоминай!