— Так есть у тебя горячая вода? — настойчиво переспросила Нина. — Неужели отключили?!
— Послушай, откуда ты мне вчера звонила? — опомнился Олег. — Ну, когда я ждал тебя в кафе?
Она ошеломленно молчала, собираясь с мыслями. А потом заявила, что конечно же звонила из дома.
— Какое это имеет значение?
— Когда ты говорила, я слышал в трубке еще чей-то голос. Мужской. Кто это был?
Нина окончательно растерялась:
— Кто? Господи, да какая разница? Муж, наверное!
— Ты что — при нем назначала мне свидание?
Нина призадумалась и наконец сказала, что это
вряд ли могло быть. У них дома, конечно, свобода и равноправие, но всему есть предел… Она не стала бы так оскорблять супруга, тем более что тот ведет себя в высшей степени терпимо.
— Но кто-то ведь был с тобою рядом! — настаивал Олег. — Я слышал голос!
— Да что ты прицепился к этому звонку? Если я назначала тебе свидание, значит, никто меня в этот миг не слышал! Дура я, что ли, или окончательная стерва, чтобы назначать тебе свидания при муже и ребенке! Дома я была, наверное! Вещи ему собирала в командировку и кормила всех ужином!
Олег перевел дух и как можно спокойнее сказал, что, если все рассказанное Ниной — правда, тогда этот звонок как раз имеет большое значение. Потому что вчера ее пытались подстеречь дважды. Первый раз — в собственной квартире, а второй — ночью, на Чистых прудах. Кто-то слышал, как она назначала ему свидание, иначе как об этом могли узнать?
Нина осторожно заглянула ему в глаза — как-то по-кошачьи вкрадчиво:
— Ночью, на прудах? Олежка, там никого не было!
— Уже не было! — сорвался он. — Ты пришла, когда труп уже увезли!
И, встретив ее обезумевший взгляд, добавил, что, наверное, Нину вчера хранил какой-то добрый ангел. Если бы она, по своему обыкновению, не опоздала на свидание, на скамейке мог бы оказаться именно ее труп.
— А там б-был к-кто-то… — в панике запиналась Нина, хватая его за рукава пижамы.
— Вместо тебя убили кого-то другого. Другую женщину. Я издали принял ее за тебя… Пальто похоже, и прическа… Я и милицию туда вызывал. Да не смотри ты на меня так. — Он освободился от ее рук и встал. — Сейчас принесу тебе воды.
Он задержался на кухне, давая своей гостье время, чтобы прийти в себя. Ему и самому нужно было успокоиться — когда он наливал воду, стакан приплясывал у него в руке. До самого последнего момента он все-таки сомневался, что Нина говорит правду. Может быть, и не лжет, но наверняка запуталась, все неверно поняла, напугалась, когда нужно было разобраться… Какие-то неприятные совпадения и, конечно, расстроенные нервы… Но теперь, вспомнив ту женщину на Чистых прудах, Олег был уверен — Нина и впрямь подвергалась опасности.
«Ее убили вместо Нинки, потому что она сидела на том месте, где должна была быть Нина! И одета была примерно похоже! Господи, я ведь мог найти там Нинку!»
Из комнаты донесся жалобный голос:
— Где ты? Кому-то звонишь?
Он вернулся и протянул ей стакан. Нина торопливо вытерла проступившие слезы, окончательно размазав вокруг глаз косметику:
— Ну кто меня так ненавидит?! Да я никому зла не сделала, чтобы вот так… Ее убили, да?! Как?!
— Я не знаю, — уклонился он от ответа. На самом деле он знал. Это был выстрел, судя по всему — почти в упор. В темноте, на черном пальто, он не разглядел дыру в груди, но когда патруль осветил жертву сильным фонариком, Олег едва удержался на ногах. Такое он видел впервые — если не считать телевизора, конечно. И сейчас решил не пугать свою гостью. Пистолет — это уже чересчур серьезно.
— Нина, так не бывает, чтобы кто-то просто так к тебе привязался, — сказал Олег. — Если сама не можешь вычислить, кто это, нужно обратиться в милицию.
Она ответила, что сперва должна согреться. Иначе точно заболеет. Нина всегда переводила разговор на другую тему, если прежняя ей не нравилась. Она отправилась в ванную, заперлась и включила воду. Потом принялась кричать через дверь: не найдется ли у него лишней зубной щетки? нет ли чистого полотенца? Он подал ей все это в приоткрытую дверь — войти Нина не разрешила. Еще через несколько минут из ванной опять донесся ее голос. Олег устало подошел к двери, но выяснилось, что на этот раз Нине ничего не требуется.
— Я просто вспомнила, как тебе звонила. Точно из дома, а мои в это время обедали на кухне. Меня никто не подслушивал. А голос, который ты слышал, — это телевизор, наверное. Он у нас всегда орет.