Под нами расстилалось белое пространство, за которым ничего не было видно. Телириен летел, делая редкие взмахи крыльями и избегая разрывов в облаках. Он то набирал высоту, то снижался, иногда заглядывал в них, чтобы понять, куда лететь дальше… Даже после стольких полетов я, как и в первый раз, не понимал, как он ориентируется в небе. На земле хотя бы есть точки вроде поселений, рек, дорог… А здесь?
Ощущения от того, что я находился над землей, на высоте замковых шпилей, были непередаваемыми. Восторг, азарт, возбуждение, страх – все сливалось в одно большое непонятное чувство.
Через полдня полета стало заметно холоднее. У меня затекло все тело, но я предпочел не менять позу. Веревка хоть и была закреплена надежно, но все равно нельзя было рисковать. Через некоторое время солнце начало клониться к закату. Здесь, над облаками, это было просто невероятное зрелище: солнце окрашивало облака в золотистые и розовые тона и пронзало косыми лучами те, что находились выше. Где-то вдалеке шел снег, освещаемый солнечными лучами.
Вскоре стемнело совсем. Я не понял, в какой момент Телириен завис над облаками. Я уже не улавливал его траекторию полета. Я бы и звездами полюбовался, но все мои силы уходили на то, чтобы просто не съехать с его спины. Мы летели весь день.
Видимо, дракон тоже устал от долгого махания крыльями, потому что с самого взлета не произнес ни слова. Он не предупредил даже о том, что собирается снижаться. И если бы он сделал это плавно! Но нет – Телириен просто сложил крылья и рухнул камнем вниз. Не знаю, откуда у меня взялись тогда силы ругаться, но досталось не только дракону, но и всем его предкам до седьмого колена.
В последний момент Телириен резко расправил крылья, завис над землей и медленно опустился.
– Все сказал? – обернулся он ко мне.
– П-предупреждать же н-надо, – стуча зубами то ли от холода, то ли от пережитого страха, сказал я.
– Ну извини, что у тебя такие слабые нервы, – невозмутимо ответил дракон. – Лимирей, отвязаться сможешь?
Лим пошатнулась, но кивнула. Ее охотничий костюм заледенел, движения рук были неловкими и вялыми. Она сидела на драконе покачиваясь и, кажется, вот-вот была готова рухнуть с его спины в снег. Что, собственно, и произошло, как только она отвязалась.
Я попробовал последовать примеру Лимирей, но у меня дела обстояли еще хуже. Я даже выпрямиться не мог. Вампиры все-таки выносливее людей.
Лимирей помогла мне отвязаться, а затем скатиться со спины Телириена. Выглядел он тоже не лучшим образом. Когда Телириен потянулся, разминая спину, я не сдержал ехидства:
– Радикулит замучил?
– Чья бы корова мычала, – не остался в долгу он.
Тут мне крыть было нечем. Со стоном я попытался встать, но получилось это сделать только при помощи Лимирей. Меня штормило, как корабль в бурю в Великих водах. И не одного меня.
Затем мы отправились на небольшую прогулку по лесу, чтобы собрать хворост для костра и немного размяться. Совместными усилиями мы набрали приличную охапку и вернулись на поляну, где приземлился Телириен. Да, ночью в столицу идти было бы очень глупо. Городские ворота на это время закрывались.
Телириен разжег костер метким плевком и уселся под деревом, погрузившись в дрему. Лимирей стояла, запрокинув голову, и ужинала из стеклянного пузырька своей «особой» едой. Допив, она быстро убрала его в алхимическую сумку и принялась обустраивать лежанку под старой раскидистой елью: пригнула к земле ветки, проверила, насколько плотно они закрывают от ветра, и удовлетворенно кивнула, обернувшись ко мне. А я только сейчас понял, что все это время не сводил с нее взгляда, и, испугавшись, поспешил отвернуться.
Долгий перелет вымотал нас обоих. Мы с Лимирей общались только жестами. Есть приготовленную мной еду она, конечно, не стала, оставив всю похлебку мне. И даже пожертвовала своими большими склянками, чтобы остатки еды не пропадали.
После сытного ужина я затушил костер, лег под елью и обнял Лимирей. Где-то в глубине души я еще боялся, что она исчезнет и оставит меня одного.
Глава 16. Незаконное проникновение
Я и сам не понял, отчего проснулся. Было еще совсем темно. Нос щекотали приятный аромат трав и шелковистые волосы Лимирей. Она спала, повернувшись ко мне спиной. Дыхание у нее было ровным и размеренным. Я невольно улыбнулся.
Не успел я насладиться этим моментом, как Лимирей беспокойно зашевелилась. Я замер, боясь ее разбудить. Лим вдруг метнулась и резко перевернулась на спину. Я был вынужден выпустить ее из объятий и отодвинуться. На лбу Лимирей выступила испарина. Даже представлять не хочу, что ей снилось. Наверняка очередной кошмар, в котором она и Николас горят заживо. Я принялся тормошить ее и громко звать по имени, надеясь, что она проснется.