Лимирей не ответила. Да и вопрос был скорее риторическим…
Она побежала вниз. Перед нами снова вырос островок зелени. Сворачивать было некуда. Мы оказались в тупике. Лимирей застыла в замешательстве. Она не знала, куда бежать. Но вдруг окно с грохотом разбилось и через него ворвалась струя пламени, уничтожившая живые растения, уже протянувшие к нам корни.
– В сторону! – раздался рык Телириена.
Лимирей метнулась к стене и прижала меня к себе. Она крепко зажмурилась.
– Не бойся, – негромко произнес я. – Я с тобой. Это же Телириен. Его пламя не обжигает. Лим…
Она открыла глаза и взглянула на меня. Я слышал, как бешено колотится ее сердце. Видел первобытный ужас, застывший в ее глазах. Или это снова были воспоминания? Воспоминания о том страшном дне, который она хотела, но не могла забыть.
– Лимирей…
Я коснулся ее щеки, и Лим вздрогнула, будто очнувшись ото сна. Она смотрела на меня, и ее взгляд начинал проясняться. В нем тоже был страх, но совсем другой. Она переживала за меня. И почему-то стало так легко, словно я оказался в доме, наполненном заботой и уютом. Я не хотел, чтобы она снова увязла в том страшном дне. Не хотел, чтобы она подчинялась первобытному страху перед огнем.
Не совсем отдавая себе отчет в том, что делаю, я притянул Лимирей к себе и сделал то, что хотел сделать еще у стен замка. Я коснулся ее губ. Изумленная Лимирей не ответила на поцелуй. Но я продолжал ее целовать, пока были силы, чтобы отвлечь ее от страшной действительности. И моя настойчивость была вознаграждена. Лим разомкнула губы, и я смог наконец почувствовать ее вкус. И острые длинные клыки, прятавшиеся за этими желанными губами.
Нас обдало жаром пламени. Запищали перепуганные птицы. Кто-то закричал. До меня донесся отдаленный запах горелой плоти.
Но все это происходило далеко. Сейчас остались только мы. Я и Лимирей. Она неумело отвечала на поцелуй, все еще пребывая в легком замешательстве, но меня это не останавливало. Время для меня растянулось в бесконечное мгновение… Которое кое-кто решил все-таки испортить.
– Я, конечно, все понимаю, но замок сейчас – не самое безопасное место, – произнес Телириен. – Лим, тебе придется его сбросить, а потом прыгать самой.
Лимирей медленно перевела взгляд на дракона. Кажется, она все еще находилась не здесь, а где-то далеко.
– Лимирей! – рявкнул на нее Телириен.
Она вздрогнула и торопливо кивнула. Посмотрела на меня, потом выглянула в разбитое Телириеном окно…
Мимо просвистело несколько стрел. Лимирей пригнулась, а Телириен улетел, крикнув нам: «Я сейчас вернусь!»
– Вот они! – раздалось из коридора уже совсем рядом с нами.
Лимирей взглянула на меня. Я и сам понимал, что высота здесь немаленькая, но кивнул. Телириену я доверял. Подхватив меня на руки, Лим выдохнула и бросила меня через окно. Мне хватило коротких секунд, чтобы оценить то расстояние, с которого я начал стремительно приближаться к земле. Я даже успел помянуть всех Великих Духов, но у самой земли меня подхватили когтистые драконьи лапы. Я извернулся и посмотрел в сторону разбитого окна. И тут запоздало вспомнил, что Лимирей дала мне две склянки с зельем. Прикинув расстояние, я с трудом прокричал:
– Тел, как она спрыгнет, поднеси меня поближе к окну.
– Зачем?
– Да так… Хочу оставить сувенир на память, – мрачно ответил я.
Я уже догадался, какую смесь мне подсунула Лимирей.
Она сорвалась вниз, и Телириен быстро подхватил ее челюстями. Я с замиранием сердца наблюдал, как Лим свешивается из его пасти. Да он же запросто может ее перекусить!
Стараясь не думать об этом, я размышлял о сюрпризе, заготовленном для наших недругов. Телириен поднес меня ближе к окну. Размахнувшись, насколько позволяли силы, я закинул внутрь сначала одну склянку, а затем вторую. Со стен в нас уже собирались стрелять.
Зелье угодило прямо в лицо разъяренному агенту Тайной Канцелярии – или тому, кто им прикидывался, – и взорвалось. Наверное, бедолагу в буквальном смысле слова размазало по стенке, но мне не было его жаль. Следом за первой взорвалась и вторая склянка. Стены замка дрогнули. Уже в который раз за это кровавое утро.
Телириен наверняка что-то сказал бы по этому поводу, но в зубах у него была Лимирей. Его полет также осложнялся дырами в раненых крыльях и стрелами пытавшихся стрелять в него лучников. Дракону постоянно приходилось лавировать, потому что риск, что шальная стрела найдет меня или Лимирей, был очень велик. Но вскоре замок начал удаляться. Мы летели в сторону леса. Я заметил, как под нами промелькнула дорога. Северный тракт, по которому не так давно ехала Лимирей. Мы летели на север, однако не в ту сторону, куда собирались отвезти Лим.