Глаза резануло синим светом, по мигающему экрану двинулся бегунок. Подождите, система грузится. Войти как rayankova97 с паролем *********? «Пожалуй», - ответила Май.
Мир вокруг преобразился. Май, не в силах шевельнуться, стояла посреди зелёного луга, по которому медленно двигались полуголые женщины с серой однотонной кожей. Где-то с краю мигала белая стрелка. Не желаете ли посетить выставку ВиртуСтрим на Ялта остров? Только сегодня! Варезных табов сейл! Посетить? Женщины медленно розовели бесстыжей голой кожей. В небе развёртывались флаги и транспаранты, пролетел воздушный шар с эмблемой айколы. Привет, посети мой дом греческой любви. Перед носом у Май выросла, как из-под земли, белая стена, вся в пупырышках штукатурки. Женщины, задирая ноги к ушам и перекручиваясь через голову, принимают томные позы на пластиковых креслах. Внимание, перегрузка личного канала, отключите входящие сообщения. Почти бесплатные квартиры, одна в одни руки! Продаём модели примусов. Посетить? Посетите по Сети выставку волжского автопрома! Требуется бухгалтер, посетить. Посетите, посетите, по сети посетите. По Сети? Май дёрнула в мире телесном руками, отмахиваясь от красных и белых посланий, бьющих в глаза, и свалилась с кресла. Из расшатанной розетки выскочила чёрная гадюка - штепсель. Видимый мир свернулся на дисплеях в точку большого взрыва, потом исчез. Кажется, Май наблевала на пол.
Вернувшись, б-мать отвесила Май подзатыльник. Пол покрывали полупереваренные аймакароны. Май всхлипывала и помогала оттереть их. «Нет, идиотка, кто же так делает - дай тряпку, я сама!» - зашипела б-мать.
Этим вечером она снова ушла. Май спряталась под матрас, спасаясь от кровяных сполохов.
Прошло ещё две-три одиноких ночи, после которых Май не хотелось ни есть, ни говорить, вообще ничего не хотелось - только спать, а надо было заполнять какие-то тесты, читать какие-то буклеты, чтобы не ходить в местную школу. Чистеньких соплячек, у которых на лбу написано - офисный отпрыск, не любят в рабочих районах. Так часто говорила б-мать, высокомерно кривя губы.
В одну из одиноких ночей на комбинате что-то сломалось - совсем - и в воздух взмыл сигнал воздушной тревоги. Голос очень злого и несчастливого человека приказывал Май не выходить из квартиры. Она зажгла было лампочку, одиноким сперматозоидом - каких рисуют в детских книжках - повисшую с потолка, но с бесцветным ртутным светом было ещё хуже, и тогда девочка дрожащими негнущимися руками нахлобучила шлем. Предусмотрительно села на матрас. По синему дисплею снова пополз червяком бегунок. Зайти как Май17 с паролем *****? Зайти, выдохнула Май.
***
Стояла весна. Солнечные лучи играли на лицах прохожих, микромашины распыляли запах цветущей сирени. Стакан айколы холодом обжигал ладонь, другую ладонь держала мама. Хотя было то-то странное, какой-то иной запах, пробивавшийся из-под захватившего город сиреневого лёгкого тумана. Но девочке не хотелось думать об этом.
- Мама, - Май дёрнула мать за рукав, - ма-ма.
Она подняла руку, пытаясь указать что-то, но лишь расплескала колу. Тогда мама взяла у неё бумажный стакан.
- Там, - Май ткнула в небо над рекой, - птица! Странная.
Мама, закрыв от солнца глаза, посмотрела в небо, но никакой птицы не увидела. По только освободившейся ото льда реке проплывал белоснежный речной трамвай. По небу стелились редкие высокие облака.
Но что-то было не так - птица приближалась, игнорируемая улыбающейся матерью, разрасталась чёрной грозовой тучей, пока не заполнила всё небо. Ближе, ближе.
- Ма-ма!
Божество-птица, развернув голову в профиль, взглянуло на них. И вот они уже падают на дно её жёлтого глаза, летят сквозь чёрный портал зрачка. Дальше, выше!
Всё смолкло внезапно. Прекратилось. Май видела себя вместе с матерью словно бы со стороны. Город пропал, сгинул вместе со всем своим великолепием, остался лишь мост, а под ним, вдаль, до горизонта простиралось волнистое золотое поле ржи.
Распахнув рот от удивления, Май таращилась сквозь внезапно покрывшийся ржавчиной металлический парапет на поле.
- Муха залетит, - сказала присевшая рядом мама, и её дыхание на шее Май напоминало ветерок, волнующий колосья.
- Май?
- Да, мама.
- Слушай внимательно.
- Да?
- Нам нужно прыгнуть. Ты же не боишься?
Май взглянула на мягкие жёлтые волны, над которыми клубились низкие светло-синеватые тучи, и сказала уверенно:
- Нет.
Раз, два, три - они оттолкнулись от стремительно ветшающего металлического полотна и взмыли над полем. Потом сила тяжести мягко потянула их вниз. А позади рассыпались в прах останки моста, ветер подхватывал мелкие пылинки и, кружа, уносил вдаль...