- Да, очень жаль…
Идти в ночи и наслаждаться её дарами было здорово, но, как оказалось, находясь в пути, не можешь заметить кое-какие детали. Например, тихие-тихие стрекотания ночных существ в траве. Вроде бы такая малость, да с этими звуками ночь сразу становится полна жизни и невидимой глазу энергии. Юлиф, в который раз удивился, как же можно было бояться ночи. Здесь так прекрасно, здесь повсюду чудеса, повсюду жизнь! Можно остаться здесь хоть на всю оставшуюся ночь, сидеть тут на траве, слушать шёпот маленьких ночных жителей, бесконечно смотреть на свет далёких звёзд, вдыхать шумный запах цветов с равнины, что принесёт весёлый ветер...
- Осталось совсем немного. Пошли, бельчонок, - дедушка встал с камня, отряхнулся и уже направился дальше.
Вздохнув, Юлиф последовал за ним, решив про себя, что когда-нибудь обязательно вернётся сюда, чтобы всё-таки остаться здесь на ночь и сполна насладиться ею.
Идти оказалось и вправду совсем немного. Неожиданно камни под ногами закончились, и тропа снова стала мягкой и лёгкой. Они подходили к вершине, и по мере того, как они поднимались, вокруг становилось всё просторней. Больших валунов становилось всё меньше, на их место появлялись их меньшие собратья, а позже и они остались позади. Они вышли на гребень этого высокого и длинного холма, впереди уже виднелась вершина. Гребень был широкий и ровный, постепенно переходящий в некрутые рёбра. Впервые Юлиф пожалел, что вокруг слишком темно, ведь был бы сейчас день, то наверняка ему открылась бы вся красота его родной земли. Как ни пытайся всматриваться в даль, он не мог ничего разглядеть. Единственное что он увидел, так это одинокие фонарные столбы, что должны были стоять у самых дверей его дома. Отсюда они казались совсем крошечными, но свет их в темноте был очень ярок, что сильно удивило мальчика. Ведь и вблизи-то эти фонари казались не очень большими, кто мог вообще разглядеть их свет вдалеке, думал Юлиф когда-то. Сейчас же он понимал, будь они с дедушкой хоть на Ледяных горах, свет никуда не потерялся бы и указывал бы им путь домой. Эти ночные фонари во всей этой равнинной долине казались лишь робкими огоньками на головках спичек, но их свет был виден отовсюду.
Наверху, на самой вершине показалось что-то большое и чёрное, и когда они приблизились, это что-то превратилось в большой старый дуб. Последний рывок и они с дедушкой наконец добрались до конца их нелёгкого пути. Вершина оказалась очень уютной. Почти в самом центре расположился огромный дуб, неподалёку живописный камень, как будто кто-то специально его принёс сюда и положил в качестве кровати с высокой подушкой. Вершина была достаточно просторной, чтобы уместить весь их дом.
Итак, настала пора наконец увидеть это наследие. Где же оно? Юлиф обошёл дерево, рассмотрел камень, прошёлся по всей вершине, но ничего! В смятении он обернулся к дедушке, который внимательно наблюдал за его действиями, сидя на валуне, положив рядом горящий фонарь. На его лице заиграла шальная улыбка, и он сказал:
- Когда-то и я также недоуменно посмотрел на своего старика, когда тот привёл меня сюда. В первый раз. И готов поспорить на его лице была та же улыбка, что и на моём сейчас, совершенно тогда мне непонятная... Он ещё и посмеялся надо мной. Да, весело было тогда. Юлиф, тебе же понравился наш путь?
- Да.
- Тебе нравится ночь?
- Очень!
Глаза дедушки загорелись и он промолвил:
- Тогда, бельчонок, тебе здесь нужно всего лишь успокоить свои мысли, расположиться поудобнее и, отбросив все тяготы и невзгоды, вкушать чарующую красоту этой ночи! Ведь… это и есть наше с тобой наследие, которое оставили нам наши мудрые праотцы! Они подарили нам чудо - возможность видеть кое-что необычное в обыкновенном, видеть красоту, видеть волшебство...
- Это… и есть… наше наследие? – брови Юлифа недоуменно взметнулись вверх, потом нахмурились, и мальчик в смятении задумался, не в состоянии осознать, что наследие совсем не такое, как он его представлял. Но затем Юлиф счастливо улыбнулся.
- Волшебство... Так ты тоже его видишь, дедушка?
- А как же, каждый день.
Это было прекрасно! Юлиф даже радостно воскликнул. Мудрые праотцы, наследие, волшебство! Дедушка тоже видит всё вокруг, видит волшебство. Это было очень здорово! Всё-таки не удержавшись, мальчик рассмеялся и весело закружился, раскинув в стороны руки, задрав голову вверх. Почему ему стало так хорошо? Наверное, потому что он почувствовал, что все эти чудеса достаются не только ему одному, что всеми этими прекрасными моментами он делится с другими людьми, со своим дедушкой. Наверху он снова увидел свет, но уже другой, незнакомый. Оказывается, рассеялись последние облака, и голубой свет высокой луны воссиял на небе. Она одарила долину своим ярким, но мягким светом, и Юлиф впервые узрел красоту всего своего родного дома. От заснеженных вершин Ледяных гор на востоке, у подножия которых разлеглись беспокойные воды Буйной, до густых лесов на западе падал его взор, и ничто не могло ускользнуть от него. Вот, разрезая леса, с юга протянулась старая дорога, по которой часто ездили туда сюда жители окружных деревень, неся с собой всякие дары друг другу, вести и слухи. Недалеко от неё спрятался дом Юлифа, отгородившись от её шума и пыли курганами, заросшими высокими деревьями. Немногие знали дорогу к ним, поэтому гости приходили редко, но если приходили, то были они лишь хорошими друзьями семьи, и их приезд всегда был чуть ли не праздником для мальчика, ведь чаще всего они приезжали всей семьей, со своими детьми на несколько долгих и счастливых дней.