— Я говорю это не в отчаянии, — сказал Герцил, — а просто констатирую факт. Шестнадцать дней — это слишком долго.
— Если ты хочешь обвинить кого-то в продолжительности нашего пребывания, Кайер, вини меня, — сказал Рамачни. — Я советовал не действовать в неведении, и ничего другого мы не могли сделать до возвращения разведчиков лорда Арима. Но это правда, что у нас мало времени. Продвижение «Чатранда» на север — одна из причин. Другая — рост Роя Ночи.
Он посмотрел на лица собравшихся.
— Вы знаете, что такое Рой, и вы знаете, что Арунис шарил в Реке Теней, пока не нашел его и не использовал силу Нилстоуна, чтобы его призвать. Некоторые из вас также знают, что наши хозяева видели его с горных вершин в последние дни. Теперь я расскажу вам, как он убивает — и почему.
Рой был создан для патрулирования границы королевства смерти, чтобы помешать мертвым проникнуть в Агарот и попытаться вернуться мир живых. Всякий раз, когда в пограничной стене появляется брешь, Рой обрушивается на мертвых, которые проходят через нее, и загоняет их обратно на их место. Чем больше брешь, тем сильнее становится Рой, чтобы ее сдержать. Но в мире живых все это идет наперекосяк. Смерть все еще привлекает Рой, и темная энергия смерти все еще может питать его и заставлять расти. Небольшие или разрозненные смерти пройдут незамеченными: их энергия все равно покинет Алифрос естественным путем вместе с духами умерших. Но великая катастрофа — война, голод, землетрясение — это совсем другое дело. Рой летит к таким ужасам, и, если они все еще разворачиваются, он обрушивается на них и делает их полными.
— Полными? — спросил Большой Скип. — Ты хочешь сказать, что Рой убивает всех, кто еще не был убит?
— Все и вся в пределах его досягаемости, — сказал Рамачни. — Деревья, траву, насекомых, людей. А затем, подобно насытившемуся стервятнику, он снова поднимается в облака и движется дальше.
— Это уже случалось по крайней мере один раз, — сказал Таулинин. — Наши разведчики подслушали ворчание врага у костра. Несколько раз те говорили об «облаке смерти», которое положило конец боевым действиям в Кариске, а также уничтожило бо́льшую часть ужасной армады Бали Адро.
— Этот Рой действует почти как миротворец, — сказал капрал Мандрик.
— Это могло бы иметь такой эффект, на какое-то время, — сказал Рамачни, — если бы все военачальники в Алифросе каким-то образом узнали о грозящей им опасности. Но, боюсь, мы недолго будем в безопасности. Невозможно быть уверенным, но, по-моему, сейчас Рой игнорирует маленькие смерти только потому, что к нему громко взывают более крупные. Если войны прекратятся, он будет собирать жатву после смерти от более мелких конфликтов, незначительных эпидемий. И, со временем, сама тьма станет убийцей, поскольку посевы и леса погибнут в ее тени.
— Наблюдатели наверху! — воскликнул Болуту. — Конечно, он никогда не вырастет таким большим!
— Неужели? — Рамачни оглядел стол, его взгляд наконец остановился на вазах с фруктами. — Подумайте об этих виноградинах, мистер Болуту: сколько их потребуется, чтобы покрыть этот стол?
— Целиком? — спросил Болуту. — Трудно судить, Рамачни. Тысячи, наверняка.
— Скажем, десять тысяч. И давайте представим, что мы начинаем с одной виноградины и удваиваем количество каждый день. Вспомните арифметику: сколько времени это займет?
— Четырнадцать дней, — сказала Неда. Последовали удивленные взгляды, но Неда пожала плечами. — Очень простая задача. Только умножать на два: два, четыре, восемь, шестнадцать...
— И так далее, — сказал Рамачни. — К счастью, даже этот масштаб обманчив: если стол принять за Алифрос, то сегодняшний Рой по-прежнему не больше песчинки. И в течение многих дней он не будет ничем питаться, но просто лететь к следующему сражению или месту эпидемии. Нам пока не нужно измерять наше время днями — но мы не смеем измерять его годами. Через шесть месяцев Арунис присоединится к Богам Ночи, и этот мир превратится в черную и безжизненную могилу.
Вздохи и взгляды, полные ужаса, как будто маг пронзил их своими словами. Пазел подумал обо всех спокойных днях в Уларамите и почувствовал укол вины. Он не хотел ускорять их уход. Он не хотел думать о Рое.
— По меньшей мере, наша задача ясна, — сказал Герцил. — Мы должны поспешить в Гуришал и вернуть Нилстоун в царство смерти.
— Возможно, сейчас самый подходящий момент рассказать нам, как это сделать, — сказала Таша, — или, по крайней мере, как мы доберемся до побережья.