Через час я сидела в гостиной на диване, наряженная, как кукла. Столько косметики намазали на моё лицо, что было трудно рот открывать.
— Значит так! — в комнату зашёл Вадим, тоже одетый, как нормальный человек. В костюме. — Отвечаешь на любые вопросы, улыбаешься и не воротишь нос, когда я буду к тебе прикасаться. Максимально строишь из себя любящую невесту. Иначе…напомнить?
— Не стоит, — опустила глаза на свои колени.
Платье слишком короткое, макияж слишком яркий, и так всё кричит, как у меня всё хорошо. Но он, как всегда, угрожает чей-нибудь смертью. Может, он просто манипулирует мною?! Этот вопрос всё время крутится в моей голове. Но очень боюсь рисковать.
Два часа меня мучили вопросами и фотоссесией. Меня уже тошнило от рук Вадима. А когда он тянулся к моему лицу, чтобы поцеловать перед камерой, я еле сдерживала рвотные порывы. Под конец я чувствовала себя, как выжатый лимон. Хоть и особо ничего не делала, но сил уже не было. Спать хотелось, тело не слушалось, то, о чем говорил Вадим с журналистом, шло мимо моих ушей. Пока он не толкнул меня локтем в бок и не посмотрел на меня совсем недобро.
— Простите, — натянула на лицо улыбку и посмотрела на молодую женщину. — Задумалась, — заёрзала на диване.
— О свадьбе всё время думает, — Вадим положил свою лапу на мою талию и притянул к себе.
— Понимаю, — кивнула девушка. — Я спросила, сколько детей планируете, и планируете ли вообще?
И тут меня будто в ледяную ванну окунули. Земля из-под ног ушла, и сердце рухнуло в пятки. Прошло больше месяца, как я ушла с Вадимом.
Задержка!
У меня огромная задержка!
80
Дамира
Дни шли, а мне становилось всё хуже. Сомнений не осталось — я беременна!
С Мией меня тоже мучал жуткий токсикоз. От любых запахов сегодня может тошнить, завтра нет. Сейчас меня беспокоило то, что я не могу показаться врачу. Последнее время я мало следила за своим питанием, и в принципе, за своим здоровьем. Но сейчас мне нужно взять себя в руки, быть сильной и беречь нашего с Олегом ребёнка.
Сильнее всего меня тошнит от запаха одеколона Вадима. А может, просто от него воротит. Несколько раз он поймал меня за тем, как я прикрываю рот ладонью. Естественно, он был недоволен, и с каждым днём это было видно всё больше.
— Завтра едем на приём, чтоб была в форме, — выдал он мне. — Увижу твою кислую морду …
— Я поняла, — не дала ему договорить очередную угрозу.
— Умнеешь на глазах, — окинул издевательским взглядом и скрылся с глаз моих.
Всё по-новой: я сижу на стуле погруженная в свои мысли, а двое людей делают из меня живого человека. На автомате надела принесённое платье, даже не присмотревшись. Не интересует. Ни цвет, ни фасон или его длина. Хоть с длиной всё более, чем хорошо, платье в пол, и это означает, что приём приличный, а не как привык Вадим.
— Улыбку на лицо нацепила и не снимать её до окончания вечера. Ясно?
— Ясно.
Мы уже подъехали к старинному особняку. Огромное здание, чей фасад был увешан гирляндами, на территории стояла большая украшенная ёлка.
Машина остановилась, и нам открыл дверь мужчина в тёмно-бордовом костюме. Вадим вышел, застегнул пуговицу на смокинге и с улыбкой протянул мне руку, помогая выйти из автомобиля.
Вышла на красную дорожку и оглядела всю красоту вокруг.
— Улыбайся, блять, — сквозь зубы процедил Вадим.
Я выполнила его приказ, состроила счастливое лицо, думая о своей дочери. О том, как она радуется предстоящему празднику — она любит Новый год. Олег наверняка украсил дом красиво, поставил ёлку в доме и накупил Мие подарков.
Вадим взял меня под локоть, и мы зашагали по красной дорожке, щурясь от вспышек камер. Швейцар, вежливо улыбаясь, открыл нам двери и пропустил внутрь. Перед нами тут же появились девушка и парень в таких же тёмно-бордовых костюмах и помогли нам снять верхнюю одежду.
Прошли вперёд и зашли в огромный зал, где играла лёгкая и тихая музыка. Гости были явно из высшего общества: в дорогой одежде, украшениях и от них разило высокомерием.
— Сболтнёшь лишнего — превращу твою жизнь в ад, — не снимая своей мерзкой улыбки с лица, «предупредил» в своей манере Вадим.
Будто до этого моя жизнь не была адом. Если бы не ребёнок, что растёт во мне, я бы точно прекратила всё это. Не могу больше. Я так скучаю по Мие, по её пухлым щёчкам и красивым глазам. По Олегу…мне так не хватает его объятий, его низкого и такого родного голоса.
Не время о них думать, и влага, собирающаяся в уголках глаз тому доказательство. Если я сейчас разревусь …и думать не хочу.