В тёмном накуренном зале, в который попадаю сразу, пройдя бронированную дверь, полно отморозков разной степени подпития. Кто-то режется в игровые автоматы, другие мучают рулетку, компания в углу напряжённо смотрит на покерный стол. У меня особо нет времени выискивать жениха Инги, поэтому наношу превентивный удар.
— Эй, мудачьё, кто из вас продал больную на всю голову бабу в блядушник на Октябрьской? Она клиенту член откусила! — рявкаю на весь зал так, что все тут же замолкают.
На меня смотрят с недоверием, с раздражением, с грязной ухмылкой, а вот нескладный тип за покерным столом отводит взгляд, а затем медленно поднимается и направляется в туалет. Ну вот и он, мальчик-зайчик, продающий хороших девочек плохим дяденькам. Сейчас я этому зайчику надеру уши и отрежу нахуй хвостик! Кровь приливает к голове, но заставляю себя успокоиться и движусь в мужскую комнату.
Как и следовало ожидать, парень сныкался в кабинке, но я чувствую вонь его страха и слышу, как стучат зубы. С ноги выношу хлипкую дверцу так, что она буквально влетает в кабинку, придавливая слизняка.
— Ну, здравствуй, Олег! — с радостной улыбкой произношу я.
Кажется, надо поаккуратней с этим впечатлительным зайчиком, — он сейчас или в штаны наложит, или от разрыва сердца откинется. Ни то, ни другое мне совершенно не подходит.
— Не убивайте! — верещит он. — Я не знал, что Инга настолько ебанутая. Я могу деньги вернуть, которые за неё получил. Только я уже проиграл половину!
Писклявый голос режет слух, да и смотреть на кривляния пацана просто противно. Главное, теперь уверен, что это тот, кто мне нужен, поэтому наношу прямой короткий удар, тщательно рассчитав силу. Олег тут же теряет сознание, но при этом продолжает дышать, что же, анестезию подобрал правильно, теперь пациент готов к транспортировке.
Взваливаю слизняка на плечо и направляюсь на выход. Удивительно, но никто и слова не говорит, не интересуется, жив ли товарищ и куда я его вообще забираю. Удивительное людское безразличие и чёрствость, да хранит сатана таких недочеловеков! Эти отбросы даже смотреть на меня боятся и старательно отводят глаза.
Ну что же, я добыл языка, осталось его разговорить. А ещё сделать так, чтобы моя неистовая фурия своими элегантными ручками не вырвала ему сердце за то, что он с ней сотворил. Думаю, это будет самым сложным во всём! Главное, успеть узнать, где могут держать мою крестницу!
Глава 16
Ася
Когда Давид возвращается с перекинутым через плечо слабо постанывающим телом Олега, не могу сдержать злобного крика. Вот этот урод, который продал меня на потеху похотливым извращенцам. Едва Монстр разблокирует замки в авто, тут же выскакиваю наружу.
— Ася, успокойся! — удивительно спокойно заявляет бывший, видя моё состояние. — Обещаю, потом ты сама решишь его судьбу. Но сейчас мне нужно спасти Дашку.
Не знаю почему, но ровный голос Монстра, его уверенность и сила, которые ощущаются в каждом движении и слове, действуют на меня, словно успокоительное. Рядом с ним я вновь становлюсь слабой девушкой, а не бабой с яйцами.
Транспортировка мудака Олежки, не слишком заботливо и аккуратно сброшенного в багажник, занимает немного времени. Я уже не спрашиваю и Давида, куда мы едем и что он задумал, просто нахожусь рядом, ловя каждое мгновение, проживая его здесь и сейчас. В эту секунду у меня такое ощущение, что не было тех лет разлуки, но это не так…
Кажется, пришло время наконец-то поговорить. Я должна узнать, почему Монстр инсценировал свою гибель, как жил всё это время без меня, не женился ли? При последней мысли внутри вдруг вспыхивает ревность, глупая и иррациональная, ведь понятно, что Давид все эти годы не в монастыре провёл. Но когда представляю себе, как мой мужчина говорит слова любви другой, убирает заботливо волосы с её лица во сне. Р-р-р-р-р, я готова рычать от бешенства.
Давид кидает на меня косой взгляд, будто чувствуя перемену настроения. Он, как барометр, всегда угадывал, когда грянет буря.
— Так, сразу говори, чего надумала, я же по лицу вижу, Ась!
— Ты женат, Монстр? — интересуюсь тоном следователя на допросе.
Мужчина даже притормаживает и разом поворачивается ко мне, на его обычно бесстрастном лице появляются признаки бури: глаза темнеют, а на скулах проступают желваки. Да, наши с ним характеры похожи… Какие безумные шторма случались, когда сталкивались наши циклоны. Но тем слаще и глубже были периоды затишья.