—Так, стоп, сперва кофе, потом разговоры! — произношу, с трудом стряхивая с себя липучку. — Кстати, меня зовут Ася. И куда делся Давид?
Девчонка кидается к плите, на которой ещё бурлит кофе в турке.
— А вы та самая Ася, про которую столько рассказывал дядя Монстр? — интересуется девочка, сотворяя при этом завтрак из омлета и овощей. — А я про вас точно слышала. Хрен забудешь!
Вот это меня интересует даже больше, чем вопрос, куда делся мой бывший, запах которого до сих пор ощущаю на своей коже.
— И что же ты слышала? И не выражайся! — грозно и авторитетно заявляю я, хотя девчонка ненамного моложе меня.
— Не надо меня поучать… — вдруг горько и взросло произносит пигалица. — Я успела повзрослеть. А вот вам с дядей Монстром точно есть о чём поговорить. Он рассказывал про вас папе всякий раз, когда напивался. Знаете, я даже завидовала вам. Он ведь вас так любил. И, наверное, любит до сих пор. И вы его тоже? Такого надёжного мужчину нельзя не обожать…
Всхлипываю, давясь рыданями. Как эта мелкая девчонка поняла всё, что творится у меня в душе, считав, будто сканер?
— Где Давид? — спрашиваю, давясь слезами.
— Они с отцом уехали и сказали, что пора вершить справедливость! Ибо те, кто совершил подлость, должны пострадать!
Внутри меня всё сжимается, леденеет и вспыхивает разом. Не хватало ещё, чтобы меня вывернуло на этой идеальной кухне. Я понимаю, что Давид и его друг отправились вершить то, что считают правосудием. Олег, Витя… Кто ещё в программе мести? Но почему я так переживаю, ведь каждый из них заслужил воздаяния.
Эпилог
Давид
— И что с ними делать? — внешне спокойно интересуюсь я, хотя мне хочется придушить каждого из этой троицы.
Олежка, который продал мою Асю на аукционе для похотливых извращенцев. Витёк, который поставлял наивных глупеньких девочек в самые грязные заведения этого города. Люба, решившая, что опоив меня и заключив сделку с моей слишком корыстной сестрёнкой, сможет заиметь денег и поддержку.
Хорошо, что систер свалила заграницу, решив, что там можно затеряться, раз здесь ей не прилетело счастья и финансового благополучия. Хотя я её отыщу и в Земле обетованной, пусть не думает, что недосягаема...
— Давид, не убивай их! — произносит моя любимая, глядя прямо в глаза так, словно пытается вытащить из меня душу.
— А эта баба вообще кто? — орёт Дашка, налетая молнией, пиная Витька, а затем переводя взгляд на разом постаревшую и подурневшую Любу.
— А это моя лучшая подруга! — шепчет Ася, и я уже готов кинуться, чтобы моя девочка не замарала себя в крови.
Но она всё та же умница, которой её помню.
— Любаш, ты мне просто всё расскажи! — мило шепчет Ася, подходя к бывшей подруге. — Что тогда было на видео? Почему твой рот оказался на члене моего жениха?
Люба ёжится, стараясь стать меньше, надеясь исчезнуть из помещения, но отсюда не сбежать.
— Ты думала, что самая крутая! — вдруг взрывается связанная женщина, глядя на Асю так, словно хочет дыру прожечь. — Надеялась, что отхватила крутого мужика, выйдешь за него замуж и из грязи вылезешь? Только тебе и место среди мусора! И не надо прикидываться святой! Вика предложила снять небольшое видео и заплатила за него щедро. Но я бы это и бесплатно сделала. Пусть Давид ничего не помнит, но даже под препаратами ему нравилось то, что я делаю. Так что, подруженька, ты просто не пара этому мужчику. Ты всего лишь обычная
Моя девочка темнеет лицом и вздрагивает, но вдруг успокаивается и берёт себя в руки.
— Давид, я же по глазам вижу, что ты что-то решил… — нежно шепчет она, подходя ближк и вжимаясь всем телом в меня.
Интуитивно обнимаю свою малышку, затем кошусь на Дашку и её батю, стоящих невдалеке.
— Есть место, где такие выдающиеся кадры будут пользоваться успехом! — произношу насмешливо, глядя на сжавшуюся от испуга троицу. — Думаю, Любе уже не привыкать, а вот Олегу и Виктору будет непривычно оказаться на месте тех, кого они продавали.
Мужики взвизгивают, понимая, что их ожидает, но я считаю, что это адекватная плата за их деяния. Бумеранг рано или поздно возвращается к тем, кто его запустил.
— Я сам отвезу наших гостей в их новое пристанище! — не слишком дружелюбно произносит Юрка, глядя на присмиревшую троицу.
— Пап, я с тобой! — мстительно взвизгивает Дашка.
В скором времени шумная компания отбывает и в доме становится удивительно тихо. Я чувствую себя опустошённым и почти мёртвым, но моя маленькая Ася вдруг оказывается рядом, обнимая крепко, согревая и придавая сил.