Слегка замедлившая шаг Изабель, приподняв зонт, увидела, что на углу улицы собралась толпа.
— Иззи, думаешь, там что-то произошло? Несчастный случай?
— Никакого несчастного случая. — Изабель с силой сжала руку Кристианы. — Думаю, причина проста.
Кристиана вопросительно посмотрела на Изабель.
— Какая еще причина, кроме несчастного случая, могла заставить такое количество людей собраться вместе? — Она высунула руку, и вода, попавшая в рукав платья, заставила Кристиану вздрогнуть. — Трубочист, бакалейщик, генерал, кажется, две служанки, и — не может быть! — личный врач моего отца!
— Поверь, у них есть причина мокнуть под дождем. — Изабель тяжело вздохнула. — Они пришли сюда, чтобы поставить на меня и лорда Синклера. — Она схватила Кристиану и потащила за угол соседнего дома. — Не хочу, чтобы меня видели.
— Ты хочешь сказать, что все эти люди из разных районов Лондона пришли сюда, чтобы сделать ставку в книге Уайта? — Кристиана отрицательно покачала головой. — Не может быть! Посмотри на эту толпу. Там нет ни одного члена клуба.
— Со вчерашнего дня членство в клубе не является обязательным условием для участия в пари.
Изабель стряхнула зонт, и струи воды потекли по спине Кристианы.
— Иззи, что ты делаешь! — Кристиана прижалась к подруге. — Но если ты это знала, зачем мы сюда пришли?
— Мне хотелось увидеть это собственными глазами. Я не могла поверить словам моей служанки.
Изабель перевела взгляд на джентльмена, стоявшего в центре толпы и державшего зонт над другим джентльменом небольшого роста, который что-то усердно записывал в большой книге. В этот момент коротышка поднял голову, и Изабель узнала мистера Рэггета, управляющего делами клуба Уайта. Изабель закрыла рот рукой, подавив крик. Если на углу улицы стоит мистер Рэггет, то в руках у него, безусловно, та самая знаменитая учетная книга.
В течение нескольких минут Изабель наблюдала за действиями Рэггета. Он внимательно слушал просящего, а потом что-то вносил в книгу и давал расписаться.
Вдруг на улице появился экипаж и направился прямо к толпе.
— Кто-то явно не хочет упустить свой шанс, — сказала Кристиана. — Если бы мы стояли ближе, нас бы просто переехали.
Из остановившегося экипажа никто не вышел, но Изабель отчетлива услышала, как кто-то назвал ее по имени. Она смущенно посмотрела на Кристиану, и они вдвоем направились к экипажу.
Окно открылось, но как Изабель ни пыталась, ей не удалось рассмотреть, кто сидит внутри.
— Садитесь! — послышался женский голос. — Мисс Бишоп и вы, мисс Уахетбирд, прошу. Вы промокнете.
— У нас есть зонт, — попыталась было возразить Изабель.
— Садитесь! Вы же не хотите идти домой в промокших ботинках?
В окне показалось женское лицо, и руки в перчатках принялись открывать замок. Дверь, экипажа распахнулась.
Это была одна из сестер Синклер.
Кристиана прошептала на ухо Изабель:
— Это леди Айви.
— Добрый день, леди Айви! Вы что-то хотели обсудить со мной? Могу я узнать, что именно?
— Нет! Садитесь!
Кристиана быстро забралась в экипаж.
— Иззи, здесь так тепло! Перестань упрямиться. Садись.
Изабель сложила зонт и, снова окинув взглядом собравшуюся толпу, села в экипаж.
— Вы очень упрямы, Изабель, — заговорила Айви.
— Прошу прощения!
Изабель напряглась. Но, с другой стороны, чего можно было ожидать от родной сестры лорда Стерлинга? Она всегда говорила что думала.
Леди Айви откинулась на спинку сиденья, подала знак извозчику, и экипаж тронулся.
— Шпионов из вас не выйдет, — сказала чуть погодя Айви. — Я проезжала мимо и заметила вас рядом с желающими сделать ставку. Еще немного, и кто-то другой вас увидел бы. И тогда светская хроника запестрела бы новыми сообщениями. Как бы вам это понравилось?
— Она права, Иззи. Со стороны можно было подумать, что ты сама не прочь принять участие в пари, — поспешила вмешаться в разговор Кристиана.
— Но я не этого хотела. Я не могла поверить, что любой житель Лондона может участвовать в пари. Вот и решила убедиться собственными глазами.
Айви хмыкнула.
— Придется поверить. Действительно, теперь любой может сделать ставку. Мой брат узнал об этом вчера на балу. Он пришел в ярость и приказал нам всем покинуть бал. Неизвестно, что бы еще эти члены высшего общества придумали для вас двоих.
От удивления Изабель открыла рот.
— Так я не сделала ничего дурного? Я не обидела вашего брата? Он не из-за меня покинул Партридж-хаус?