Ариен смотрит на меня, приподняв одну бровь.
– Так… был ли Элан таким же безрассудным, как ты?
Несмотря на происходящее, я начинаю смеяться.
– О, он был намного хуже. Вся его жизнь была посвящена самым нелепым планам и попытками увлечь меня за собой.
– Что-то мне это напоминает. – Ариен толкает мое колено своим, затем слабо улыбается. – Надеюсь, он бы одобрил и этот нелепый план.
– О, я уверен, что он бы так и сделал.
Я думаю о том, что ждет меня завтра. Как мы отправимся в лес. Как я впущу в себя тьму. Хотел бы я быть более уверенным в том, что произойдет после того, как я шагну во тьму.
Все, что я знаю наверняка, это то, что в Вейрском лесу все это закончится. Так или иначе.
Двенадцатая глава. Виолетта
В сумерках Подземный Лорд ждет меня у разрушенных ворот. Всю ночь непрерывно шел дождь, и теперь лес окутан туманом. Листья сердцедрев украшены каплями воды, а между их ветвями сверкают ожерелья из паутины. Я одета в платье из тонкого кружева с оголенными плечами и руками. Когда я выхожу из-за деревьев, вижу, как поднимается туман.
Подземный Лорд оборачивается при звуке моих шагов. Наши взгляды встречаются, и между нами мерцает тишина. Он ушел до того, как я проснулась, но у меня остались смутные воспоминания о нем рядом со мной, пока я спала. Его руке на моей талии, прикосновении его когтей к моим волосам.
Теперь, когда я иду к нему, меня одолевают дурные предчувствия, словно шипы впиваются мне в грудь. Моя рука смыкается на запястье, находит место, где новый шрам встречается с печатью. Я нажимаю на нее, чувствуя только свой пульс. А лозы стягиваются еще сильнее.
Я смотрю на ограждение из шипов. Дерево, которое я вырастила и которое расщепило кустарники, за ночь стало еще выше. Навес из его ветвей отбрасывает тяжелую тень на землю. По рукам пробегают мурашки.
Подземный Лорд протягивает большую сложенную стопку ткани, перевязанной лентой.
– Вот. Я восстановил твой плащ.
Мои губы растягиваются в озадаченной улыбке. Он развязывает ленту, демонстрируя мой плащ, где каждое порванное место зашито крошечными стежками. Внутренняя сторона заново обшита кобальтовым шелком – цвета леса в сумерках.
Я поворачиваюсь к нему спиной и откидываю волосы в сторону. Он осторожно набрасывает плащ мне на плечи. Затем он мягко поворачивает меня так, чтобы мы были лицом друг к другу. Медленно он завязывает ленты на моей шее. Тепло покалывает мою кожу, и мои ладони кажутся горячими от магии.
– Я… – Мой голос звучит неуверенно. Я делаю паузу, перевожу дыхание. – Спасибо.
– Постарайся больше не натыкаться на шипы, пока носишь его.
Я провожу пальцами по плащу. Новые стежки образуют тонкий асимметричный узор, похожий на изгиб листьев папоротника. Смеясь, я говорю:
– Я сделаю все, что в моих силах.
Подземный Лорд прикладывает свою руку к тому, что осталось от ограды. Когда он проводит когтями по кустам ежевики, они расступаются, открывая нам проход. Я беру фонарик с мотыльком с ближайшего дерева и приподнимаю полы плаща.
Прежде чем мы уйдем, я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на ущерб, который я причинила. Разорванные ворота. Дерево в центре изгороди. Когда я в последний раз пришла сюда, мной двигало единственное желание – раскрыть секреты, таящиеся по ту сторону ограждения.
Теперь я знаю, что лежит за пределами моей клетки, но я все еще чувствую себя так неуверенно. Даже моя надежда на то, что принесет эта сила – мощь, защиту, – кажется такой слабой. Все, в чем я уверена, – это то, что я хочу этого. То большее, чего я жаждала во время своей борьбы с сестрами-богами.
Я хочу восстановить связь между мной и Роуэном. Прижать пальцы к печати и воззвать к нему добровольно. Последовать за нитью во тьму и найти свой путь… домой. Где я останусь с ним – не только на краткий миг украденных поцелуев и отчаянных обещаний, как в видениях. А навсегда.
Мы с Подземным Лордом следуем в лес плечом к плечу. Земля влажная от талого снега и остатков бури, вызванной Леди Мотыльком. По мере того, как мы продвигаемся вглубь леса, он меняется. Деревья придвигаются ближе друг к другу, ветви образуют сплетенную арку. Хотя солнце уже село, странный свет превращает небо в сиреневую дымку. И все омывается особым пьянящим ароматом, похожим на благовония.
Тропинка начинает уходить вверх. Деревья отползают назад, открывая фигуры, спрятанные в тенях между ними. Обломки каменных стен, открытые дверные проемы, ведущие в никуда, оконные рамы, заполненные только лишайником и гниющими листьями.