– Так, так. Посмотри на себя. Так изменилась. – Ее рот изгибается в заостренной улыбке. – Скажи мне: как прошла твоя экскурсия по траурным полям?
Я сжимаю руки, впиваясь ногтями в ладони. В центре моего сжатого кулака пульсирует шрам в виде полумесяца.
– Я видела, что вы сделали. Жизни, которые вы загубили. Независимо от вашей борьбы с Подземным Лордом – или со мной – те, кого вы убили, были невиновны.
Невозмутимо, она идет к алтарю в дальнем конце ниши и лениво перебирает там подношения. Рассматривая увядший цветок, она спрашивает:
– Ты поэтому пришла сюда, чтобы побранить меня?
Я опускаю руки по бокам, разжимаю кулаки. И неохотно качаю головой.
– Нет. Не поэтому. – Я начинаю обходить ее полукругом, под моими беспокойными шагами извиваются возникающие лозы. – Я хочу… перемирия.
Фауна бросает цветок обратно на алтарь. Она поворачивается ко мне лицом, прищурив глаза.
– С чего бы мне вообще соглашаться на это?
Мы смотрим друг на друга с противоположных сторон территории. Тишина между нами сомнительна, полна опасности. Я делаю шаг назад, прижимаю ладони к стене позади себя, пытаясь успокоиться. Под моими ладонями распускается плющ, спускается вниз, осыпаясь зеленью на обвалившиеся камни.
– Потому что, – говорю я ей, – мы обе в этом заинтересованы.
Она скрещивает руки на груди и прислоняется спиной к противоположной стене.
– Прошу. Продолжай.
– Ты и твои сестры хотите, чтобы я покинула этот мир. Я… и я хочу уйти.
Мое признание повисло в воздухе, сотканное из тумана. Фауна вполголоса издает звук, почти смех, но слишком низкий, слишком холодный.
Она приближается ко мне, ее шаги размеренные, неторопливые.
– Ты хочешь вернуться к нему, к этому ужасному юноше, которого ты любила. Я знаю, ты видела его, когда ходила на погребальные костры – моя граница проходит рядом с Вейрским лесом. – Ее голос звучит мелодично, она небрежно машет рукой. – На самом деле ты должна поблагодарить нас за то, что мы сделали с жителями деревни. Это была отличная уловка – последовать за Подземным Лордом, собирающим души, чтобы у вас могло получиться такое нежное воссоединение.
– Это не было уловкой.
Она откидывает волосы назад, ее блестящие локоны переливаются в серебристом свете леса.
– Роуэн хотя бы узнал тебя, когда ты вышла из погребальных костров в своей мантии и короне?
Я впиваюсь пальцами в покрытые плющом камни. Пытаюсь не думать о Роуэне, о благоговейном ужасе в его глазах, когда он увидел меня в Вейрском лесу. То, как он целовал меня и шептал обещания мне в ухо. И я была так близка к этому. Открыть тайну, которой я отказываюсь делиться.
Я поворачиваюсь лицом к деревьям.
– Я не собираюсь обсуждать его с тобой.
– Интересно, что он увидел, когда ты выступила из погребальных костров? Видение, тень, призрак. Девушку, которая ходит по пятам за богом. – Она машет рукой в направлении иконы. – Это все, чем ты когда-либо будешь для него теперь. Кем-то далеким за пределами его мира.
– Ты никогда не сможешь понять, что происходит между нами.
Фауна игнорирует меня. И задумчиво продолжает:
– Ужасный, прекрасный, измученный лорд Сильванан… Могу предположить, он полюбил тебя еще больше, когда увидел тебя такой – хотя, возможно, и возненавидел себя за это.
– Довольно. – Я тяжелым шагом сокращаю пространство между нами. Мы одного роста, а выступающие рога ее маски похожи на сплетенные ветви в моих волосах. – Вы хотите восстановить равновесие в вашем мире. Правила нерушимы. Все это произойдет, когда я уйду.
Ее глаза горят острым, звериным голодом.
– Или я могу просто уничтожить тебя. Сейчас моего брата нет поблизости, чтобы спасти тебя.
Она приближается ко мне, оскалив зубы. Но я не отступаю. У моих ног из земли расцветают розы с острыми шипами, рассыпая по земле алые лепестки. Мороз начинает наполнять воздух, заставляя наше дыхание потрескивать. Я чувствую, как моя сила растет, разливается по моим венам.
Я невозмутимо смотрю на Леди Фауну. Тени обвивают мои руки вместе с искрами света.
– Чтобы выжить, он мне не нужен.
Тьма – моя тьма – омрачает воздух. Она бледнеет, осознавая, во что я превратилась. Сила, которую я заполучила, позволяет мне ходить по этим лесам без страха.
А потом она начинает смеяться.
– Ох, Виолетта. Что ты наделала?
От мрачного предчувствия у меня по спине пробегают мурашки. Я резко впиваюсь пальцами в ладони по мере нарастания моей силы. Еще больше теней поднимаются с земли, вихрясь у ног Леди Фауны. Черты ее лица начинают дрожать. Костяная маска заполняет ее лицо, рога заостряются. Ее глаза мерцают алым.