К этому моменту огонь уже охватил большую часть смотровой площадки, и языки пламени начинали пожирать ряды стульев. Обивка зашипела, и пространство планетария заполнили клубы едкого дыма. Крылья ангела утонули в белесой пелене. Нестерпимая жара заставила Рэйчел отступить к южной стене. Закрыв рукой рот, она спрыгнула с площадки и ухватилась за металлический выступ. Стальная сетка никак не поддавалась. В свете пожара стеклянные грани планетария загорались и потухали, переливаясь красным, зеленым, золотым.
Каждый взмах крыльев ангела приводил огонь в бешенство, заставляя разъяренные языки выпрыгивать к самому потолку. Закрыв глаза, Карнивал испустила истошный крик и нырнула вниз.
Раздался треск и скрежет, посыпалась каменная кладка, застонал металл, стена сорняков задрожала и отпустила цепкие пальцы. Купол Оберхаммеровского планетария покачнулся и сорвался с башни.
К тому времени, когда разразился пожар, господин Неттл преодолел треть пути до внешней стены часовой башни и, тяжело дыша, остановился перед ней в нерешительности, упершись сапогами прямо в осыпавшуюся, дряхлую каменную кладку. Еще издалека он заметил, как металлическая сеть накрыла купол планетария, и тяжелые ядра врезались в стену, намертво заковав стеклянный шар в стальную паутину. Сначала это, а теперь еще проклятые спайны устроили пожар. Триста веков противостояния, и этим собакам удалось одолеть ангела именно сегодня! Мысль засела у бедняги Неттла в голове словно кусок тухлого мяса в желудке. К черту такое везение: Карнивал не должна погибнуть от руки спайна – для ее черной глотки уже приготовлен отличный нож. Может быть, еще удастся подобраться к ней, пока огонь не охватил все здание. Пусть все сгорит к чертям, и он вместе с Карнивал. Только бы подарить крылатой стерве еще один шрам через всю глотку – в память об Абигайль.
Двадцать или тридцать спайнов, вооруженных арбалетами, собрались на крышах домов по обе стороны улицы, которая резко убегала вниз, словно глубокая черная расселина, и терялась где-то среди кранов и причалов дипгейтских доков.
Неттл стиснул зубы и глубоко вдохнул: даже огонь не посмеет отнять у него последнюю возможность отомстить за смерть дочери. Бродяга снова поднял глаза на возвышавшуюся перед ним стену и начал быстрее работать руками, подтягиваясь на металлических цепях.
Внезапно купол покачнулся прямо над головой, градом посыпались кирпичи и известка. Конструкция медленно накренилась и сорвалась вниз.
Неттл крепко прижался к каменной кладке и почувствовал, как спину на долю секунды обдало пламенным дыханием. Шар упал прямо на жилые дома и с грохотом уперся в карнизы с обеих сторон улицы. В небо ринулись столбы каменной пыли, оранжевых искр и пепла. Купол оказался шире улицы и повис, зацепившись за чугунные фасады зданий, в восьмидесяти футах от земли. Спайны ударились врассыпную, спасаясь от обломков печных труб. Черепица и обломки кирпича оползнем посыпались на мостовую.
Неттл не смог сдержать улыбки – теперь сучка у него в руках. Но улыбка не долго задержалась на грязном небритом лице.
Охваченный огнем и скованной стальной паутиной купол Оберхаммеровского планетария со стоном покачнулся и двинулся с места. Давя крыши, карнизы и водосточные трубы, гигантский шар покатился прямо по направлению к городским докам.
От удара при падении Рэйчел сбило с ног, а сверху градом посыпались осколки звездного неба – больше не осталось ни одного стекла. Девушка провалилась между двумя соединенными балками и упала прямо на окутавшую купол сеть, одной ногой застряв в металлических сплетениях. Далеко внизу осколки стекла зазвенели на мостовой. Карнивал просто взвыла от удовольствия.
Проклятие!
Она чудом уцелела при падении.
К счастью, купол планетария оказался довольно широким, а литые фасады домов – достаточно прочными, и шар застрял над мостовой, пролетев не больше тридцати футов с высоты часовой башни. Рэйчел высвободила ногу из сетей и, задыхаясь, упала на спину – она оказалась заперта в полыхающей металлической ловушке один на один с ангелом. Нужно выбираться.
Внезапно страшный вой сотряс воздух.
Конструкция покатилась вниз.
В следующий миг охваченная огнем обзорная площадка стала вертикально, а еще через долю секунды превратилась в пылающий потолок и снова упала под ноги. Крепко вцепившись в сеть, Рэйчел вращалась вместе с куполом. Карнивал повисла в воздухе футах в шести над железными перекладинами. Через пелену едкого дыма казалось, что Дипгейт вот-вот завалится и раздавит пленников купола. Город поднялся и заполнил собой все пространство перед глазами: целые улицы окованных железом домов, лабиринты мокрых крыш, храм…
Доки!
Стрелы кранов возвышались над гигантскими дырами, приспособленными для прохода воздушных судов.
Чё-о-о-о-о-о-о-о-орт!!!
Рэйчел изо всех сил вцепилась в сеть. Оберхаммеровский планетарий продолжал свой разрушительный путь. Хрустели черепица и кирпичи. Уловив момент, девушка оттолкнулась от сетки и прыгнула на металлический каркас купола, ловко передвигаясь, словно крыса в колесе, с одной балки на другую.
– Давай же! – крикнула Карнивал, ударив себя в грудь.
Рэйчел приблизилась к ангелу со спины, вытащила меч и размахнулась, заранее чувствуя, как Карнивал отклонит удар. Но та, рассмеявшись, отступила, даже не попытавшись отразить нападение. Крылатая бестия внезапно оказалась сзади.
Не в силах остановить движение, чувствуя опасность за спиной, спайн побежала что было сил. Она карабкалась по каркасу планетария, цепляясь разбитыми пальцами за металлическую цепь и яростно отмахиваясь мечом. Клинок разрезал воздух в миллиметре от лица Карнивал, заставив ангела остановиться. Рэйчел не растерялась и отбросила противника назад ударом в живот.
Огонь! Она, должно быть, почти ослепла от света.
Оберхаммеровский планетарий пылал, словно гигантская масляная лампа. Мокрые листья сорняков шипели и кружились в раскаленном воздухе. Рэйчел собралась с силами и бросилась бежать. Обзорная площадка ушла из-под ног и в мгновение ока оказалась прямо над головой, чтобы снова свалиться вниз с потолка. Рэйчел прыгнула прямо на площадку, помчалась по проходу между горящими стульями и спрыгнула с обратной стороны платформы. Она вцепилась в металлические звенья и изо всех сил потянула на себя сеть – прочное плетение не поддавалось. Купол разгонялся все сильнее и сильнее.
Оправившись, Карнивал снова поднялась в воздух, ударами крыльев удерживаясь в центре конструкции, подальше от вращающихся металлических балок. Спайн проскользнула снизу и снова оказалась позади ангела. Обломки стульев, горящие листья и ветки сыпались со всех сторон. Пламя неистово выло, а Дипгейт обрушивался прямо на звездное небо всем весом мощеных улиц, фонарей и цепей.
Шар набирал скорость.
Силой вращения Рэйчел придавило к сетке. Она еще раз промчалась под Карнивал. Девушка пыталась двинуться, но ее прижало так, что кости захрустели. Все быстрее и быстрее. Вот Карнивал уже снизу. Планетарий ударился во что-то твердое, подскочил в воздух, и на долю секунды Рэйчел сделалась невесомой, словно листок сорняка.
Она оттолкнулась от сетки из последних сил.
Карнивал не успела увернуться от меча Рэйчел, и острие задело ее по колену, разрезав кожу и выпустив струю алой крови. А сеть снова унесла спайна за собой. Металлический каркас планетария грохотал по карнизам и крышам улицы Решеток, набирая скорость.
Карнивал бросилась к тому месту, где еще секунду назад была девушка, но та уже унеслась вслед за вращающейся сетью, выдернула из-за рукава нож и метнула в ангела. Карнивал взвыла и с яростью вырвала нож из плеча.
– Спайн! – зарычал смертоносный враг. – Я приду за тобой, как только стемнеет. Ты слышишь меня? Когда стемнеет и я смогу видеть. Я найду тебя и вырву твое поганое сердце!
В другой момент Рэйчел и не сомневалась бы, что ангел выполнит угрозу. Но металлическая сфера неслась все быстрее и быстрее, так что нельзя было даже двинуться с места. Каждый новый удар купола грозил переломать кости или свернуть шею. Кожаные доспехи и волосы обгорели в огне, руки покраснели и распухли от ожогов. В воздухе кружился настоящий ураган искр и горящих перьев. Вот крылатый враг оказался прямо перед спайном, а уже через секунду – внизу под ногами. Еще секунда – и Карнивал уже над головой. Рэйчел начинало тошнить. Она отчаянно тянула и рвала сеть – стальное плетение было довольно тонким. Любой адепт мог прорваться через подобную преграду.