Таисса застыла. Пожар! Та самая вспышка, которую они с Диром видели в столовой с утра?
– Зданию старой лаборатории больше ста лет, – устало отозвался Дир. – И не счесть, сколько раз Александру предлагали его освободить и отремонтировать. Виной его консерватизм и привязанность к этому месту, вот и всё.
Лара помолчала.
– Колыбель, – совсем другим тоном произнесла она. – Александр всегда называл этот домик Колыбелью. Неважно, сколько лет он там не был. Из всех своих лабораторий… то место Александр всегда ценил выше всего. Думаешь, именно там он создал… придумал нас двоих?
– Не знаю.
– А я думаю, что да, – голос Лары стал жёстче. – И если это был саботаж, я поймаю мерзавца, который устроил там пожар, и лично откручу ему голову.
– Лара, это не…
– Мне виднее.
Таисса поёжилась. Будь она на месте саботажника и услышь голос Лары, уже паковала бы чемоданы. К счастью, сама Таисса всё это время была с Диром, так что у неё было алиби… но что, если в лагере Светлых орудует кто-то из её союзников?
– Что ещё было уничтожено? – раздался голос Дира. – Оборудование для регулировки мощности нанораствора – и всё? Там больше ничего не было? Только экспериментальные дроны вроде того, который я утопил в озере?
– Да. Александр сказал, раз Таиссы больше нет, ему некого лечить. А тебе это точно ни к чему, раз мощность твоего нанораствора и так на минимуме. – Лара помолчала. – Сколько раз я тебе говорила, что ты идиот, а?
– С самого первого дня, когда я сделал себе укол, – спокойно сказал Дир.
– Так вот, ты идиот.
– Спасибо.
– Не за что, – фыркнула Лара. – Как ты вообще можешь быть уверен, что будешь свободен после смерти Лютера? Что, если его ценностные установки закрепятся, а? Или подсознание напомнит? Если Лютер приснится тебе ночью с бутылкой виски – пойдёшь напиваться?
– Думаю, этого не будет.
– Редко ты думаешь!
По полу тянуло от открытых дверей, и босым ногам Таиссы стало холодно. Или это мороз прошёл у неё по коже от упоминания нанораствора?
– Кажется, мы не одни, – раздался холодный голос Лары. – Я так и думала минуту назад, что слышала чьи-то шаги.
Проклятье, её раскрыли! Броситься бежать?
Ну уж нет.
Таисса широко ухмыльнулась и вальяжным шагом вошла в зал раздевалки.
И, картинно запнувшись на пороге, в последний момент придержала сползшее было полотенце перед полностью одетыми Диром и Ларой.
– Привет, – бросила она Ларе. – Мы тут собрались развлечься. Ты с нами?
Глаза Лары расширились.
– Ты!
Она в сверхскорости подскочила к Таиссе и рванула её в воздух за полотенце.
– Ты Таисса Пирс, – процедила Лара. – Ты жива! Это всё обман! Отвечай мне!
– Лара… – начал Дир, но Лара размахнулась и изо всех сил швырнула Таиссу в стену. Таисса едва успела закрыться руками. Сверху в волосы полетела побелка, отломились острые куски плитки, падая на локти и плечи и оставляя разрезы. По спине потекла кровь, и Таисса мимоходом подумала, что, похоже, в душ придётся идти снова.
– Лара, остановись! – резко сказал Дир, встав между Ларой и Таиссой. Таисса с трудом поднялась на ноги, заново завернувшись в пыльное, грязное полотенце. – Это наша Таисса, воспитанная Эдгаром. Тебе понятно?
Лара холодно улыбнулась, глядя Таиссе в глаза.
– О, мне всё понятно, – опасным тоном сказала она. – Ты пробралась в Совет, притворяясь собственной копией, не так ли, Таисса Пирс? Будешь отрицать?
Она хищно улыбнулась.
– Или нет? В любом случае у меня есть прекрасный способ это доказать.
Их с Таиссой взгляды встретились, и Таисса мгновенно поняла, что ей предстоит. Внушение.
Не думая, Таисса тут же нажала на зуб, где ждала капсула «Амиго»…
– Замри.
…И не успела. Челюсть сама остановилась, а зубы сомкнулись ровно.