Таисса присвистнула.
– Так тебя высылают? Изгоняют, как неизвестно кого? И всё из-за каких-то там спёртых экспериментальных дронов? Хотя ты столько для меня сделал? – Таисса цокнула языком. – Ай-ай-ай, какой ужас. Впрочем, я теперь вращаюсь в высоких кругах, где меня, кстати, не бьют ногой в лицо, так что, – она развела руками, – мне плевать.
– Не бьют? – саркастически фыркнул Эдгар. – Я наслышан про вашу встречу с Ларой. «Высокие круги» не очень-то тебя привечают.
Таисса пожала плечами.
– Справлюсь. Тебе-то что? У тебя не изгнание, а свобода. Вышибли из нашего кукольного домика? Можешь выбрать себе другой. Вон, хоть в анклав Тёмных переезжай. Им как раз скоро будет не хватать вождя. Женишься на Рамоне, внедришься к ним поглубже и передашь все тайны Совету. Ник с дедулей перепьются от счастья.
Эдгар презрительно фыркнул, закидывая документы в контейнер.
– Восхищаюсь твоей фантазией. Но я остаюсь. Просто этаж будет пониже.
– Не чердак, а подвал? – понимающе уточнила Таисса. – Бывает. Главное, чтобы канализацией не залило.
Она помедлила. Всё-таки Эдгар был дорог самозванке, и отпускать его на злой и саркастической ноте не следовало. Стоило высказать хоть какую-то симпатию.
– Слушай, я не помню, как было раньше, – произнесла Таисса неохотно. – Уважала ли я тебя? Любила? Кто его знает. Но, если ты сделал для меня что-то хорошее, – спасибо. Хотя ты и мерзавец, конечно.
Их с Эдгаром взгляды встретились, и Эдгар внезапно усмехнулся.
– Продолжай в том же духе. Совет на тебя насядет, но ты нужна им куда больше, чем они хотят показать. Чем дольше будешь глядеть на них волком, тем больше времени получишь, чтобы продышаться перед допросами.
Он подошёл к ней.
– А пока приходишь в себя, – произнёс он негромко, – смотри по сторонам. Некоторым есть за что тебя ненавидеть.
– Не меня, а Таиссу Пирс.
– Никто на этой базе не знает, кто ты на самом деле. Для всех ты Таисса Пирс, гостья Совета. Настоящая Таисса Пирс, понимаешь? – с нажимом сказал Эдгар. – Если кто-то ненавидит её, он ненавидит тебя. Не забывай, что ты подружка Вернона Лютера, благодаря которому многие Светлые сидят без способностей до сих пор. Противоядие только начали раздавать. В этом есть и твоя вина.
– Это её вина, – хрипло сказала Таисса.
– Они смотрят на тебя и видят её. Твоя.
Это было предупреждение. Настоящее. Серьёзное.
Таисса нахмурилась.
– Ты знаешь что-то конкретное?
Эдгар покачал головой.
– Просто знаю, что тебе здесь не рады.
Таисса шумно вздохнула. Во время переговоров в Кобэ она общалась с другими Светлыми весьма мирно. Но сейчас, похоже, многое изменилось.
– И не забудь об Александре, – жёстко сказал Эдгар. – Его план поиграть с тобой в Таиссу хорош, не спорю. Но рано или поздно Александр решит, что ты ему больше не нужна. Он стрясёт с тебя пару речей о том, как здорово сотрудничать с Советом, а потом тебя убьют экстремисты-Тёмные за предательство. Станешь символической жертвой-праведницей, только этого ты уже не узнаешь.
Таисса уставилась на Эдгара. И в очередной раз обречённо вспомнила, что для Александра она по-прежнему самозванка, убившая его внучку. Убившая его сына.
«Её убьют, разумеется».
Эдгар усмехнулся, глядя на её лицо.
– Начинаешь понимать, я вижу. Что, обращение к миру уже было?
– Почти, – глухо сказала Таисса. – Пока только одна репетиция.
– Тогда подумай как следует, прежде чем торопиться со следующей.
Наступило молчание.
– Я почему-то решила, что буду ему полезна, – призналась Таисса. – Что я ему понравилась. Не зря же дедуля так со мной разоткровенничался! А оказывается…
Она уставилась на Эдгара в упор.
– Или ты мне врёшь? Настраиваешь меня против высоких кругов, потому что тебя отовсюду выгнали?
Эдгар пожал плечами, закрывая контейнер.
– Твоё дело. Но если Александр отвёл тебе в кукольном домике роль смертницы, ещё не поздно его остановить. Ты всегда была умной девочкой.