Таисса встала и покачнулась. Кажется, с «выпить немного» она перебрала.
Она скользнула к двери в сверхскорости, чуть не поскользнувшись босыми ногами на скользком полу. И, широко ухмыльнувшись, открыла дверь.
И застыла.
– Привет, – хрипло сказала Таисса.
– Привет.
Лунный свет падал на порог. И в этом свете Дир в белоснежной рубашке с расстёгнутым воротником и простых брюках для верховой езды казался призраком, гостем из сна.
Сна, где Таисса и Дир обсуждали сферу и вишнёвые сады.
– Пришёл позвать меня на верховую прогулку? – по-прежнему хрипло спросила Таисса.
Взгляд Дира упал на чёрные бретельки на её голых плечах.
– Думаю, в таком наряде ты произведёшь слишком большой фурор.
Таисса шагнула к нему вплотную.
– Плевать, – прошептала она.
И поцеловала его в губы.
Рука, закинутая на тёплую шею. Волосы, рассыпанные по плечам. Таисса прижалась к Диру, впитывая прикосновение лёгкой белой рубашки к животу и тепло тела. Три секунды головокружения. Узнает Дир её? Не узнает?
Дир мягко отстранился на четвёртой секунде.
– Не сразу, – произнесла Таисса, глядя ему в глаза. – Уже прогресс.
– А ты уже пьянствуешь.
Таисса помахала в воздухе пальцами, показывая крошечный отрезок.
– Так. Чуть-чуть.
Она сделала широкий жест.
– Проходи.
И плюхнулась возле кровати справа от бутылки с виски, опираясь спиной на кровать. Полурассыпанный пазл лежал у ног.
Дир сел на пол рядом с ней, тоже опершись затылком о кровать.
– Тяжёлый день? – негромко спросил он.
– Так. – Таисса безразлично пожала плечами. – Узнала, как исцелить Вернона Лютера. Какая, к чёрту, разница, если мы всё равно его убьём?
Эта фраза просто вырвалась у неё. А в следующую секунду Таисса мысленно закричала от радости. Конечно же! Если рассказать Диру, как спасти Вернона, Дир не сможет не передать эти слова! Он слишком порядочен, чтобы смолчать.
– Правда? – спросил Дир, глядя ей прямо в глаза. – Умирающего Вернона Лютера можно исцелить? Для меня это новость.
– Значит, Александр с тобой не откровенничает, – фыркнула Таисса. – Не ты же его любимая внучка.
– Расскажи мне, пожалуйста.
Голос Дира был настолько далёк от Эдгаровского жёсткого «не паясничай», насколько это вообще было возможно. Но внимательное, серьёзное выражение его глаз ясно говорило Таиссе, насколько ему важен её ответ.
Таисса глубоко вздохнула, сосредотачиваясь.
И, глядя в глаза Диру, быстро и чётко пересказала всё, что узнала от Александра.
– Крошечные усилия, – закончила она. – Одно за другим, с применением сверхспособностей, без перерыва… и вслед за ними будут отделяться такие же крошечные частицы ауры. Огромная сила Вернона перестанет давить на него, и он сможет жить дальше.
Несколько секунд Дир смотрел на неё с непонятным выражением лица, и у Таиссы мелькнула паническая мысль, что она раскрыла себя.
Наконец Дир вздохнул.
– Я мог бы промолчать, но не буду, – произнёс он серьёзно. – Таисса, это действительно работающий способ, Александр сказал тебе правду. Но это не способ исцелить Вернона. Это техника сосредоточения. Мы с Ларой практиковали её, когда пытались заряжать своей аурой ракеты.
Таисса остолбенела, уставившись на Дира.
– Не может быть, – севшим голосом сказала она. – Дедуля солгал мне? В открытую?
Ещё одна причина, почему Александр отключил нейросканер. Ему просто-напросто нужно было, чтобы Таисса не распознала ложь.
– А настоящий способ спасти Вернона Лютера есть? – уточнила Таисса безнадёжно. – Или проще сразу закопать парня, чтобы не мучился?
Дир лишь покачал головой.
– Увы.
Они оба молчали. Светлая аура Дира казалась лампой в ночи. Лампой, освещающей истину. Слишком горькую, чтобы её можно было осознать сразу.