– Светлые способны промыть ребёнку мозги с младенчества, – произнесла Таисса с горечью. – Дир мог бы многое об этом порассказать.
– И ещё большой вопрос, на чьей стороне будет этот парень, – согласился Вернон. – Ты здорово задела его чувства, спрятав его единственного сына в Кобэ. Я бы на его месте сильно обиделся.
Таисса вздохнула.
– Знаю. Я… придумаю что-нибудь.
Вернон внезапно улыбнулся.
– Нам с самого начала стоило заняться мозговым штурмом вместо того, чтобы прохлаждаться в спальне, Таисса-пленительность, – произнёс он с нежностью. – Но у нас бы не получилось, правда?
Таисса не удержалась от ответной улыбки.
– Ни за что.
Когда перегородка закрылась за Верноном, Таисса некоторое время смотрела ему вслед, закусив губу. Нанораствор и поцелуи, нежность и боль… она не была уверена, что сможет долго выдержать такой коктейль.
Но сейчас нужно было сосредоточиться на другом.
Таисса мысленно представила себе солнечную спальню и уязвимое, радостное, счастливое лицо Вернона, целующего ей пальцы один за другим. Улыбнулась, едва сдерживая слёзы.
А потом откинулась в кресле, закрыла глаза и стала думать.
Глава 4
Спускаясь по трапу, Таисса всё ещё лихорадочно думала.
Что может заставить Совет оставить её сына в покое?
Элен придумала бы что-нибудь мгновенно. Но Таисса не владела ни ресурсами Элен, ни её силовыми методами. Она привыкла просить, договариваться, убеждать…
Спросить бы у отца… Но Эйвен Пирс не мог ей ответить.
Таисса глубоко вздохнула. Что она может предложить Светлым? Себя в заложницы вместе с сыном? Напротив, её будут держать от Тьена как можно дальше. Попробовать договориться с Александром? Но тот верит в свою правоту почище Принца Пустоты. Пытаться его переубедить – всё равно что пытаться переспорить бульдозер.
Привлечь на свою сторону Лару? Но Лара прекрасно понимает, что такое временной парадокс, а после путешествия в сферу и подавно. Нет, Лара будет держаться от Тьена как можно дальше, пока тот не станет взрослым.
Таисса закусила губу. Что же ей поможет, что? Ключ к победе, необходимый козырь, прощальный подарок Элен, отцовское умение достигать непоражения, довод, угроза, имя, одно лишь слово…
Одно лишь слово.
Таисса застыла. Да! Вот оно!
Именно то, что ей нужно. Оставалось надеяться, что это сработает.
Впереди расстилался вечерний Кобэ. Горели огоньки домов среди шумящей на ветру листвы, и далеко внизу фонарики качались над знакомым ручьём.
– Вон островок, где мы чуть не позвали тебя на главную роль в блокбастере, – раздался голос Вернона за её плечом. – Помнишь, Таисса-кинозвезда? Жалеешь, что не обратилась к миру с экранов?
– Я и так обращалась к миру, – отозвалась Таисса. – До сих пор порой икается.
– Кстати, мои аналитики до сих пор мониторят сеть на предмет энтузиастов, которые продвинулись в поисках автора трансляции. – Вернон зевнул. – По крайней мере, этим они занимались раньше. Что творится с ними сейчас, одному Великому Тёмному известно. Нужно будет собирать всё по кирпичикам. Кстати, тебе самой придётся собирать «Бионикс» заново. – Вернон бросил острый взгляд на неё. – Что ты думаешь по этому поводу?
Таисса покачала головой.
– С «Бионикс» будет сложно. Если самозванка успеет навести там свои порядки и вышвырнуть лояльных отцу людей, её будет куда сложнее сместить.
– У вас неплохой совет директоров, но что-то мне подсказывает, что долго он не продержится, – кивнул Вернон. – Впрочем, всё по порядку. Сначала предлагаю разобраться с тем, зачем мы сюда прилетели.
Он указал на алые огни посадочной полосы, расположенной с противоположной стороны долины. И далёкие очертания белоснежного самолёта, ждущего на взлётном поле.
Светлые прибыли.
*
В кленовой роще царила вечерняя прохлада. Журчал ручей, обрамлённый соснами, и горели каменные фонари, освещая скользящие по течению листья.
А посреди небольшой площадки факел живого огня высвечивал три фигуры.
Эдгар, чьей ассистенткой когда-то была Алиса. Ник Горски, герой войны и глава Совета. А чуть поодаль – голограмма Александра, сидящая в кресле.