Таисса взвесила кинжал в руке. У Павла что-то подобное было встроено в импланты. Таисса помнила, как быстро её друг разделал зубную пломбу, в которую был встроен смертельный механизм.
– Ладно, – наконец сказала Таисса. – Будем считать, что я сказала «спасибо» и чмокнула тебя в щёчку. И для чего мне эта штука?
– Для нашей будущей миссии, – просто сказал Дир. – Если ты о ней забыла, то я нет.
– Я помню, что ты обещал мне о ней рассказать, – подчеркнула Таисса.
– Всему своё время.
Таисса вновь посмотрела на инструмент в своей руке. И нахмурилась.
– Вообще-то, у меня была катана, – с намёком произнесла Таисса. – Может, вернёшь сначала её?
– Когда мы отправимся – возможно, – кивнул Дир. – Но не сейчас. Какой бы надёжной ни была твоя лояльность, никто не забывает, что ты всё-таки Тёмная, и ты нестабильна.
– Но на важную и секретную миссию ты меня всё-таки берёшь и даже обещаешь вернуть катану, – хмыкнула Таисса. – Да ещё и кинжальчик вручаешь в нагрузку. Зачем мне все эти инструменты? Неужели мы будем шляться по интересным местам? Взламывать сейфы и шарить по гробницам?
Уголки губ Дира поднялись.
– Возможно, – мягко сказал он. – Но сейчас я всё-таки тебя оставлю. Мне действительно пора, Таисса. Если ты в отместку решишь превратить моё жилище в решето, пока меня не будет… я пойму.
Таисса усмехнулась.
– Не дождёшься. Только в твоём присутствии, Светлячок. Хочу видеть твои глаза, когда буду крошить всё вокруг. Не забыв об одной интересной фотографии.
Лицо Дира не дрогнуло.
– Если хочешь, – тихо сказал он. – Я распечатаю новую.
Оглядев кабинет напоследок, Таисса неохотно двинулась к выходу. Будь у неё линк, она наделала бы шпионских слайдов… но увы, увы.
Дир закрыл двери, и они вновь оказались в гостиной наедине. Плед наполовину сполз с полуголых плеч Таиссы, но она не стала его поправлять.
Дир вдруг улыбнулся.
– Ты очаровательно смотришься, – произнёс он, глядя на кожаный костюм Таиссы, выглядывающий из-под пледа. – Домашний уют пополам с бесстрашием.
Таисса пожала плечами.
– По второму пункту поверю, – равнодушно сказала она. – По первому мне сравнить не с чем.
В глазах Дира мелькнула боль.
– Я знаю, – негромко сказал он. – Кажется, мне тоже. Но домашний уют – это не обязательно дом, Таисса. Это люди, которые нас окружают.
– И я? – с вызовом спросила Таисса.
– И ты.
Таисса с горечью усмехнулась.
– Чушь. Твоя Таисса мертва, и ты ищешь ей замену. Скажешь, не так?
Дир открыл рот, но Таисса, уже вошедшая в роль, не дала ему договорить:
– Серьёзно, Светлячок, будь прошлой ночью на моём месте твоя пьяная Таисса без лифчика и в расстёгнутой юбке, хочешь сказать, ты остановился бы?
– Да, – произнёс Дир, глядя ей прямо в глаза.
Таисса фыркнула.
– Потому что она была пьяна. А если нет? Остановился бы?
– Да.
Таисса возвела взгляд к небу.
– Почему? – с досадой спросила она. Кажется, роль заводила её уже слишком далеко, но останавливаться было поздно. Будь самозванка на её месте, без сцен ревности не обошлось бы. – Потому что Вернон Лютер жив и тебе не хочется делать умирающему сопернику больно? Потому что Светлые и Тёмные вот-вот снова развоюются, а с врагами в одной постели лежать неловко? Или потому что твоя принцесса не встала перед тобой на одно колено с обручальным кольцом?
– Да, да и нет, – очень спокойно сказал Дир. – Но главным образом потому, что она мертва.
Таисса прикусила язык, глядя на его лицо. Она не могла бы описать, каким оно было, но ей больно было на его смотреть.
– Иди, – мрачно бросила она. – И принеси мне мороженое. Только не шоколадное, как ей. Терпеть его не могу.
Их взгляды встретились.
– Интересно, – проговорил Дир. – Не думал, что Эдгар и Александр знали о шоколадном мороженом, когда готовили тебя к роли Таиссы.
Чёрт! Не стоило ей упоминать шоколадное мороженое!
– Павел упомянул, – пожала плечами Таисса. Хотя с Павлом и Алисой они обычно уплетали самое обычное, сливочное, Диру об этом знать было не обязательно. – Так ты уходишь или нет? Мне не нравится, когда ты снова гоняешься за призраками, Светлячок. – Она перешла в нападение. – А лицо у тебя сейчас точь-в-точь такое, как когда на что-то надеются.