Только сила. Козырь, довод, угроза, слово, которое она может использовать.
Вот только это был слишком сильный аргумент, чтобы применять его просто так. И у Таиссы была лишь одна попытка.
– Александр, мы должны поговорить наедине, – произнесла Таисса. – Сейчас.
Её дед не прогнётся и не отступит в присутствии других членов Совета. Даже перед самыми бронебойными аргументами. Только в разговоре с глазу на глаз у него будет возможность сохранить лицо.
– Таисса Пирс, ты не понимаешь, в чём присутствии стоишь, – проговорил Эдгар ядовито. – Хочешь договориться с Александром за спиной главы Совета?
– Нет, – отозвалась Таисса, глядя только в лицо Александру. – Хочу поговорить со своим дедом по-семейному. Мне нужно пятнадцать минут, не больше.
– Таи… – начал Вернон и мгновенно осёкся.
Он помнил о нанорастворе. Даже если у Вернона были серьёзные аргументы против, он не мог их высказать.
Александр несколько секунд смотрел на Таиссу, сосредоточившись.
– Если ты думаешь, что я тебе должен за то, что ты хотела пожертвовать собой, – медленно сказал он, – тебе не стоит верить, что я сделаю во имя этого долга всё.
Таисса покачала головой.
– Я знаю, что ты далеко не так сентиментален. Я не собираюсь рыдать и умолять, Александр. Я предлагаю деловое соглашение.
– О котором нам знать не положено? – фыркнул Эдгар. – При всех ваших родственных отношениях даже ты должна знать, что это так не работает.
– Пятнадцать минут, – перебил его Вернон. – Дайте ей то, что она просит. К тому же эти двое родственники. Что может случиться?
Ник и Эдгар переглянулись.
– Встретимся здесь через четверть часа, – отрывисто сказал Ник. – У меня есть дело к главе общины. Алиса, ты можешь отдохнуть.
Проекция Алисы мгновенно исчезла.
– Я буду неподалёку, Таисса-переговорщица, – кивнул Таиссе Вернон. – Если добрый дедушка предложит тебе петушка на палочке, вопи во весь голос и даже не думай стесняться.
Таисса слабо улыбнулась.
– Обязательно.
– Тогда удачи.
Шаги по траве вскоре стихли. Таисса и Александр молча смотрели друг на друга.
– Что ж, – нарушила молчание Таисса. – Думаю, нам пора поговорить.
Со стороны, должно быть, они выглядели странно. Голограмма в кресле и девушка, сидящая на берегу ручья на мокрой ночной траве.
– Элен ушла в бесконечность, – произнесла Таисса. – Романтично звучит, но ужасно несправедливо.
– Ты это видела?
Таисса кивнула.
– Меня потянуло наружу, домой, в воронку. А её лицо просто… застыло. Картинка, как и сказал нам Ваади.
– А Майлз Лютер заморозил себя вслед за ней, – в голосе Александра не было желчи. – Не ожидал от него такого.
– Не всем же быть тобой.
Тишина.
– Время истекает, – произнёс Александр. – Ты хочешь поговорить со мной? Обсудить всё, что произошло? Я к твоим услугам, как только Тьен уедет из Кобэ.
Её отец мог быть жив. Таисса плотно сжала губы. Хотелось ли ей успокоить Александра, исцелить пустоту внутри него, дать ему надежду?
Да. Но у неё был лишь призрак надежды, и, если он развеется, если окажется, что Эйвен Пирс и правда мёртв, надлом внутри Александра станет ещё сильнее. Что будет с её дедом тогда, Таисса боялась и думать. Возможно, Тьен станет последней и единственной надеждой Александра, и хорошо это не кончится.
– Нет, – покачала головой Таисса. – Я действительно собираюсь предложить тебе сделку. Просто… ты лучше всех знал Элен, и я не могла её не упомянуть. Не знаю, с кем ещё поговорить о ней.
– Элен была женщиной действия. – Александр отрешённо глядел на ручей. – Она умела заглушить в себе то, что ей мешало. К чёрту чувства, в сторону боль, нужно сделать то, что должно быть сделано.
Александр помолчал.
– Последние двадцать лет были неполными без неё. Если бы не проклятая засада Виктории, если бы Элен не провела все годы в криокамере… всё могло быть иначе.
– Возможно, Элен погибла бы на войне, – возразила Таисса. – Она была женщиной действия, как ты сказал. К тому же разве не ты послал за ней наёмных убийц? Альтернативный Александр просто сделал бы это раньше. Или вколол бы ей нанораствор, или сделал ещё что-нибудь ужасное.