Таисса нахмурилась.
– Вы серьёзно не будете выступать против самозванки?
Ник Горски посмотрел на Таиссу с сожалением.
– Таисса, если ты продолжишь шантаж, все усилия твоего отца по поддержанию перемирия уйдут в песок. Хрупкое понимание, зачатки дружбы – всё это будет уничтожено.
Таисса опустила голову. Слова и укоризненный взгляд Ника всё же подействовали. Может быть, она и впрямь неправа, отбрасывая все шансы на перемирие? Может быть, она действительно заходит слишком далеко в своих попытках защитить Тьена? Может быть, Светлые и Совет имеют право защищать планету от будущего Великого?
Таисса потёрла виски. Что бы сказал отец?
Нет. Отца здесь нет. Что скажет она?
– Вы сделали Александра членом Совета, – произнесла Таисса, глядя Нику Горски в глаза. – Александр отправил наёмных убийц за Элен, отравил Вернона и фактически сорвал мирные переговоры, а вы его возвысили! Не очень-то похоже, что Совет готов воспитать будущего Великого в мире и понимании. Вы уже двигаетесь к войне, неважно, шантажирую ли я вас тем, что призову Найт, или нет.
– Призовёшь Найт? – раздался голос Вернона. – Как интересно. У нас очередное семейное воссоединение? И как проходит шантаж, Таисса-интриганка?
Таисса обернулась. Вернон стоял под роскошным клёном рядом с проекцией Алисы. У ручья вновь собрались все, кроме Александра.
– Да, у меня есть способ вернуть Найт, – спокойно сказала Таисса. – Я предложила Совету взять паузу на полгода. Я не буду звать Найт, а Совет оставит Тьена и Алису в покое здесь, в Кобэ. Теперь Ник как глава Совета должен или утвердить эту сделку, или разорвать её.
– Чушь! – фыркнул Эдгар.
Он шагнул к Алисе. Девушка настороженно смотрела на него.
– Алиса, ты жила и работала среди Светлых, – произнёс Эдгар. – Ты знаешь меня, знаешь Совет и знаешь наши ресурсы. И ты помнишь, каково тебе было, когда Тьена похитили.
Алиса побледнела.
– Мы единственные, кто может защитить твоего сына. Не слушай ни Лютера, ни Пирс: они отберут твоего ребёнка, не моргнув глазом. Просто согласись на нашу защиту. Скажи «да», и для тебя ничего не изменится. Ничего. Обещаю тебе.
– Алиса, эти обещания ничего не стоят, – твёрдо сказала Таисса. – Тебе и твоему сыну будут промывать мозги каждый день. Ты получишь первое внушение сразу же, как только появишься перед Светлыми не в проекции.
– А если вдруг захочешь встретиться со мной, это желание тут же необъяснимо пропадёт, – с готовностью вставил Вернон. – Этих ребят я знаю.
Эдгар окинул его ненавидящим взглядом. Ник Горски нахмурился.
– Вернон, раз уж ты здесь, я хотел бы узнать кое-что. Принц Пустоты был уверен, что Тьен станет Великим, но откуда шла его уверенность, никто не знает. – Ник выразительно взглянул на Вернона. – Ты был им. Что ты помнишь?
Вернон пожал плечами.
– Есть вещи, о которых я говорить не буду.
– Потому что не имеешь о них ни малейшего понятия?
Лицо Вернона не дрогнуло.
– Давайте к делу, – невозмутимо сказал он. – Совет подтверждает соглашение или выбрасывает в мусорное ведро? А то я как-то соскучился по всесильному электронному разуму, знаете ли. Приятно, когда тебе зачитывают завтрашний курс акций за чашкой кофе.
– Вернон, знать завтрашний курс акций невозможно, – устало сказала Таисса.
Вернон отмахнулся.
– Ты просто ещё не пробовала.
Таиссе показалось, что он выглядел недовольным. Возможно, ей стоило рассказать всё Вернону заранее, но её могло больно ударить нанораствором в ответ на его несогласие. Слишком сильная боль могла вывести её из строя, а тогда переговоры были бы провалены. Таисса не желала так рисковать. Не когда судьба Тьена была на кону.
Она боялась обсуждать свои планы с Верноном. Вот до чего дошло.
Ник Горски поднял с земли плоский камушек. Протянул руку и вложил его Таиссе в ладонь.
– Я хочу, чтобы ты сохранила его как символ, что тобой не должно управлять упрямство, – произнёс он. – Эйвен хотел бы, чтобы ты рассмотрела все опции. Посмотри на ситуацию с нашей стороны. Как следует посмотри. Вспомни, на что способны Великие и пойми, что мы не можем оставить будущего Великого без присмотра. И если твоё мнение изменится…