– Хорошо, – кивнула Таисса, убирая камушек в карман. – Но Тьена я вам не отдам.
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.
Наконец Ник Горски наклонил голову.
– Совет будет соблюдать условия сделки, – произнёс он. – Полгода Алиса и Тьен могут жить в Кобэ, не опасаясь никаких визитов с нашей стороны.
Алиса с всхлипом вздохнула.
– Взамен ты не будешь пытаться призвать Найт, Таисса, – продолжил Ник Горски бесстрастно. – Но у меня есть для вас ещё кое-что.
– Ну конечно, – хмыкнул Вернон. – Как же иначе?
– Тебе придётся заново встраиваться в структуру власти Тёмных, Вернон, – произнёс Ник. – Думаю, первые шаги ты уже сделал.
– Допустим.
– В таком случае я считаю тебя полномочным представителем Тёмных и вручаю тебе от имени Совета официальное предложение перемирия. – В руке Ника появилась свёрнутая трубочкой запечатанная бумага. – Вот наши условия.
Вернон поднял брови, принимая бумагу.
– Даже не через сеть? Боишься рисковать или просто любишь красивые жесты?
Ник не отреагировал на подначку.
– Отнесись к этому предложению серьёзно. – Он повернулся к Таиссе. – Таисса, я прошу об этом и тебя. Когда вы оба осознаете, как обстоят дела после вашего долгого отсутствия, думаю, вы сами поймёте, что вариантов у вас мало.
Таисса мрачно смотрела на лист в руке Вернона. Предложение о перемирии? Но Светлые никогда бы не предложили перемирие, зная, что Тёмные фактически обезглавлены, а сами Светлые превосходят их во много раз. Это было просто невозможно.
А это значило лишь одно. Сердце Таиссы сжалось.
– Это не предложение о перемирии, – произнесла она непослушными губами. – Это ультиматум. Условия капитуляции.
– Догадался без тебя, Пирс, – мрачно произнёс Вернон, пряча бумагу под пиджаком. – Предлагаю сохранить лицо и сделать вид, что это условия их капитуляции.
– Не получится, – фыркнул Эдгар. – Вы уже проиграли.
Ник Горски выступил вперёд.
– Мы хотим сохранить жизни, – произнёс он. – Ваши в том числе. Таисса, я не уверен, что Вернон сказал тебе, но на днях мы синтезировали первые образцы противоядия.
– Пока эти ваши образцы – всего лишь крохи, – небрежно бросил Вернон. – Как там вы сказали на пресс-конференции? Процесс возвращения способностей идёт «постепенно»? Я бы сказал, что это означает «никак».
– В любом случае от вашего противоядия Совет больше не зависит. В каком бы сейфе ты ни хранил формулу, она нам больше не нужна. Прими это к сведению.
Ник посмотрел Вернону прямо в глаза.
– Совету не нужно, чтобы Тёмные теряли лицо, – негромко сказал он. – Мы обставим всё как должно. Две делегации в Кобэ и частные переговоры за закрытыми дверями. Вернон, я не прошу тебя решать сегодня. Я даю тебе время, чтобы оглядеться и обдумать наше предложение как следует.
Короткая, напряжённая пауза.
– Но не рассчитывай на уступки. А теперь нам пора.
Эдгар шагнул к Алисе, но Вернон Лютер заступил ему дорогу с улыбкой, от которой Таиссе сделалось не по себе.
– Самолёт ждёт, – с нажимом сказал Вернон. – Рыба или курица, решите на месте: переговоры закончены, так что до свидания. Любое слово, сказанное Алисе, – это давление на неё. Все всё поняли? Здесь запретная территория.
Эдгар стиснул зубы, но, ни слова не говоря, отошёл.
– Спасибо, Вернон, – еле слышно произнесла Алиса.
Вернон отвесил издевательский поклон Светлым.
– Счастливого пути. Кстати, – он щёлкнул пальцами, будто что-то припоминая, – где же наш общий любимец-Светлый? Озабочен спасением мира в другом месте или боится нанораствора?
На лице Ника Горски вновь мелькнуло непонятное выражение, но тут же исчезло.
– Тебя это не касается.
– Кстати, – быстро вставила Таисса, – куда делся меч? И мой перстень?
– Никакого меча и перстня не было, Пирс, – сухо бросил Эдгар. – Остальные ваши вещи в карантине и вернутся оттуда не скоро.
– Вообще-то, у вас даже близко нет пра… – начал Вернон.