Эдгар вдруг рассмеялся.
– Ты даже близко ничего не видел, Вернон Лютер, – произнёс он зловеще. – И не успеешь увидеть, если не пойдёшь на уступки. Из-за тебя мы пробыли без противоядия несколько месяцев. Думаешь, мы об этом забыли? Думаешь, мы не можем…
– Эдгар! – в голосе Ника Горски зазвенела сталь. – Довольно.
Он повернулся к Таиссе.
– Мне очень жаль насчёт твоего отца, – произнёс он. – Я никогда не хотел его смерти. Даже когда мы были врагами.
Таисса кивнула.
– Прощайте, – негромко сказала она.
Они с Верноном проводили взглядами удаляющихся Светлых. Ник и Эдгар шли нормальным человеческим шагом. Применение сверхспособностей в Кобэ было запрещено, и члены Совета рисковать не хотели.
Вернон повернулся к Алисе.
– У тебя всё в порядке?
Алиса кивнула. Лицо её было сухим, но глаза покраснели.
– Я в безопасности, – глухо сказала Алиса. – И Тьен. На целых полгода. Это самое главное. Спасибо вам.
– Пожалуйста, – машинально произнесла Таисса.
– Но «в порядке»? – У Алисы вырвался нервный смешок. – Там горит ваш самолёт! Светлые угрожали вам и мне! Думаете, они блефовали, что уничтожат Кобэ?
– Арестуют его жителей, – поправила Таисса.
– Да Совет спит и видит, как похитить нас с Тьеном! И с тобой они тоже не закончили! – Алиса повысила голос. – Ты знаешь, что Павла тихо забрали от Светлых, как только вы исчезли? Рамона наверняка боялась, что меня будут шантажировать его жизнью. Ради того, чтобы получить Тьена, Светлые сотворят что угодно!
– Но сегодня мы победили, – мягко напомнил Вернон. – Кстати, как насчёт того, чтобы разрешить Таиссе Пирс небольшой визит к Тьену? Ну, знаешь, твоей подруге, которая только что спасла тебя от козней Совета?
На лице Алисы отобразилось колебание. Она обняла себя руками, и Таисса увидела, что её пальцы дрожат.
– Нет, – быстро сказала Таисса, схватив Вернона за руку. – Мы не будем давить. Мы не Светлые. Если Алиса не готова, значит, она не готова.
В груди больно кольнуло. Таисса охнула. Она не согласилась с Верноном явно, резко – и получила отдачу от нанораствора.
Вернон тут же оказался рядом, поддерживая Таиссу под руку.
– В другой раз, – быстро проговорил он. – Конечно же, в другой раз. Передай будущему Великому, чтобы пока не торопился с величием.
Алиса кивнула, вытирая слёзы.
– Я надеюсь, всё будет хорошо, – произнесла Таисса, выдавив улыбку. – Мы ещё подруги?
Алиса тоже слабо улыбнулась ей.
– Всегда, – произнесла она. – Даже если… в общем… – Алиса запнулась. – Всегда.
Она несколько секунд смотрела на Таиссу, словно решая, сказать ли ей нечто важное или нет.
– Тьен посмотрел на меня вчера. Прямо мне в глаза. И сказал: «Мама».
– Тьен, – прошептала Таисса.
Её сын сказал самое первое слово. Он скажет ещё сотни и тысячи, но вот этого, первого, самого нежного и самого главного, Таисса не услышала.
Ей вдруг до боли в груди, до невыносимой рези в глазах захотелось увидеть Тьена. Броситься к его кроватке, оттолкнуть Алису…
Но Таисса не сдвинулась с места. Возможно, это было одним из самых трудных решений в её жизни.
– Спасибо, что сказала мне, – тихо сказала Таисса. – Это нелегко для нас обеих.
Алиса выдавила улыбку.
– Тут ты не преувеличиваешь.
Таисса молча глядела на Алису. На перепуганную девушку, готовую защищать самого важного ребёнка в мире любой ценой. На свою подругу, любящую смеяться, делать человечков из пряжи, есть мороженое и смотреть на закат. Они были разными и похожими, и Таиссе очень хотелось, чтобы Тьен объединял, а не разъединял их.
Но некоторые вещи были невозможны. По крайней мере, сегодня.
– До встречи, – тихо сказала Алиса. – До встречи, Таисса.
И её проекция исчезла.
Таисса и Вернон остались у ручья вдвоём. Издали доносился рёв пожарных машин.
Тьен был совсем рядом. Тьен, которого они спасали, рискуя жизнью. Сын, которого Таисса немыслимо сильно хотела увидеть. Знать, что её сын так близко, что она может распахнуть дверь и взять его на руки…