Вот почему Таисса с такой охотой отрезала себе волосы. Она действительно сопротивлялась. «Великая сила подсознания». Вернон знал, о чём говорил.
Он понимал… или понял. Но дело уже было сделано.
Будь Таисса на месте Вернона, как бы поступила она?
Для Таиссы не было ничего выше свободы воли. По крайней мере, Таисса хотела так думать, хотя ещё недавно подчинилась шантажу Виктории и лишила Вернона способности любить её на долгое, долгое время. Но это не отняло у Вернона свободу выбора. Он не подчинялся никому.
Больно. Как же больно.
«Ты не будешь пытаться совершить самоубийство ни при каких обстоятельствах».
Таисса устало вздохнула. Она хотела жить. Тьену нужна была её помощь. Родители мечтали её обнять. И Вернон… Каждый день с ней был для него ценен, Таисса знала.
Но со свободной Таиссой. Не такой, какой Таисса его покинула.
«Ты в двух шагах от меня, я схожу с ума – и страшно, отчаянно скучаю по тебе».
Что ж, сейчас она была свободна. Правда, технически говоря, это стоило проверить.
Таисса сосредоточилась.
– Криокамеру Майлза Лютера надо найти и вытащить его оттуда, – беззвучно произнесла Таисса, прикрыв ладонью рот.
Боли не было. Только призрачное покалывание, какое иногда чувствуется в груди и тут же стихает. Таисса ясно, в деталях представила, как нарушает волю и желания Майлза Лютера, но не поплатилась за это намерение. Контрольная проверка была пройдена.
Таисса глубоко вздохнула, успокаиваясь. Вытерла слёзы. Подождала ещё минуту, но новых слёз не было.
Только тогда Таисса вытянула руку и подгребла к себе линк.
Доступ во внешнюю сеть отсутствовал.
«Будет сложно, малышка. Возможно, будут паузы с ответом. Но не бывает совершенной защиты, и у Светлых есть шлюзы. Так или иначе, но связь со внешним миром существует. Нас не поймают, обещаю».
«Я верю, Вернон. Я напишу тебе».
Пока Светлые проверяли её линк, что-то успело проскользнуть в их сеть. Что было невероятно, учитывая квалификацию специалистов Совета по безопасности. Но недооценивать изобретательность Вернона Лютера и его союзников не стоило никогда. Даже если эти союзники в итоге и оказывались буйными электронными разумами, берущими заложников и мечтающими переписать время.
«Вернон, – написала Таисса. – Я в порядке. Готова поспорить с тобой по любому поводу безо всяких проблем».
Даже помня слова Вернона, Таисса писала очень осторожно. Если Светлые увидят эту переписку, Таисса-самозванка ухмыльнётся и напомнит им, что Вернон Лютер – ресурс, от которого не стоит отказываться, а возможность поводить его за нос бесценна.
А сам Вернон, увидев это письмо, мгновенно сложит два и два. И переведёт слова «готова с тобой поспорить по любому поводу» как «мощность нанораствора упала».
Таисса смотрела на экран, лёжа в лунном свете и мысленно отсчитывая секунды. Вернон сказал, что будут паузы. Возможно, она не дождётся ответа и до утра.
«Чем я могу помочь, маленькая?»
Таисса вздрогнула, глядя на простую строчку.
Всё, что она скажет, отдастся болью на том конце. Но врать она тоже не сможет.
И замыкаться в своей собственной боли – тоже. Вернон был рядом с ней каждую минуту. У него было право побыть с ней и здесь, пусть даже недолго.
«Просто побудь немного со мной на расстоянии линка, – написала Таисса. – Пусть это будет протянутая рука. Твоя и моя».
«Но тебе больно».
«Да».
Короткая пауза.
«Запредельно?»
Таисса зажмурилась. Слёзы брызнули из глаз.
Лгать она не могла. Ложь – это стена, которая окрепнет, и лёд будет хуже боли.
«Да».
Настала пауза. Вряд ли ответа не было. Просто он не успел дойти.
Или что-то случилось?