Каждое щупальце пронзило панцирь кошмарного насекомого и разорвало его тело на части. Мгновение спустя Жестокий взгляд сверкнул яростным белым светом и вонзился в тонкую трещину между грудной клеткой и головой Падшей мерзости, превратив её мягкие внутренности и мозг в пепел.
Санни крутанул копье, обезглавив ужасное существо. К его удивлению, даже без головы насекомое продолжало двигаться вперед, пытаясь проткнуть его двумя своими длинными сегментированными лапами.
Испуганно зарычав, Санни врезался в него плечом и отбросил тяжелое чудовище назад, как пушечное ядро. В то же время его теневые щупальца, извиваясь, устремились вперед, ломая лапки ещё нескольким мерзостям.
«Ублюдки… неужели вы действительно думаете, что сможете прикоснуться ко мне? Такие жалкие букашки, как вы… не могут… даже надеяться убить такого благородного таракана, как я!»
Внезапно на его лице появилась сумасшедшая улыбка,
Ухмыляясь как безумец, Санни закружился в растущем потоке солдат каменного улья, убивая их одного за другим. После Красного Колизея ему было несложно становиться тенью Кошмарных Существ. Несмотря на то, что подобные звериные мерзости не обладали разумом, не говоря уже об отточенных техниках боя, они всё равно обладали уникальными инстинктами, поведением и характером. Поэтому он мог отражать и предсказывать их атаки так же хорошо, как и атаки людей.
Более того, это было гораздо проще.
…Но и гораздо, гораздо сложнее. Было нетрудно проникнуть в суть их свирепых боевых инстинктов и перенять их, но это подвергало его страшной опасности. Было сложно не потерять себя. Было сложно оставаться человеком.
К счастью, был якорь, который удерживал то, что делало Санни человеком… его истинное имя.
«Лишенный Света…»
С его помощью он всегда мог вернуться из бесформенных глубин Танца Теней, как бы далеко он ни нырнул в его странные объятия.
Камнеподобный хитин треснул и рассыпался. Голубая лимфа поднялась в воздух. Сломанные мандибулы и сегментированные конечности откатились в сторону, отсеченные безжалостным клинком Жестокого Взгляда.
Пока что Санни удавалось не пропускать мимо себя Кошмарных Существ. Большинство из них впало в кровожадное бешенство из-за Предсмертного Желания и стремилось убить только его и никого другого, а тех немногих, кому удалось избавиться от этого воздействия, оттаскивали назад и убивали длинные и гибкие теневые щупальца.
Однако мерзостей, атакующих его, становилось всё больше и больше.
И среди них неожиданно появились гораздо более могущественные существа.
Зловещее предчувствие хлынуло в сознание Санни.
«Что за хрень?»
Он мог поклясться, что ещё мгновение назад на него мчалось особенно крупное насекомое. Четыре опухолевидных нароста тьмы на его теле указывали на то, что это гигантская мерзость — Падший Дьявол.
Но теперь он исчез.
«Куда он делся?»
Не успел Санни найти ответ, как горный склон под его ногами внезапно раскололся.
…И из него показалась голодная пасть, которая оказалась слишком близко и слишком быстрой, чтобы он мог от нее сбежать.
Глава 861: Погребенный
Земля раскололась, и из-под неё показалась голова огромного насекомого. Санни был выведен из равновесия, и, что еще хуже, у него не было времени, чтобы увернуться от внезапной атаки. Он даже не смог использовать Теневой Шаг.
«Черт!»
Прежде чем он успел что-либо предпринять, пасть Падшего Дьявола сомкнулась вокруг одной из его ног. Острые мандибулы заскрежетали по его наголеннику, размазывая отвратительную слизь по мрачной стали Несокрушимой Цепи.
Хорошо ещё, что Трансцендентные доспехи оказались слишком прочными, чтобы их прокусила эта проклятая мерзость. Как бы сильно тварь ни давила своими челюстями, бронированные поножи не прогибались и не протыкались. Они также не поддавались разъедающему действию жидкости, сочащейся из пасти насекомого.
Возможно, всё было бы иначе, если бы Санни не обладал столь высоким божественным сродством, но с зачарованием [Блестящая Воля], усиливающим броню, она достигла потрясающего уровня прочности.
Однако плохая новость заключалась в том, что Санни был полностью обездвижен. Даже если бы Падший Дьявол не мог откусить ему ногу, бесчисленное множество других мерзостей уже мчалось вперед, чтобы нанести удар и разорвать его на части. В каждой броне есть свои бреши, и Несокрушимая Цепь не была исключением.
— Отпусти, мерзкая тварь!
Санни изменил хватку Жестокого Взгляда и направил его вниз. Удар был настолько силен, что раскаленное лезвие пробило неприступный хитин насекомого насквозь, расколов толстую пластину, защищавшую лоб, и расплавив её на части.