Главное, чтобы они держали это при себе.
Таким образом, ещё несколько человек узнали, что он — Дворняга. Санни стало немного грустно от этого факта.
С другой стороны, похоже, что в будущем у него не будет проблем с вызовом Мантии Подземного Мира, по крайней мере, когда когорта будет действовать независимо от других человеческих сил. Ластер тоже смотрел на него с вновь обретенным благоговением.
Если и было нечто неприятное в откровении о том, что капитан Санлес на самом деле знаменитый Лорд Дворняга, так это то, что Белль постоянно бросал странные взгляды на Санни.
«Какого… черта…»
С дружелюбной улыбкой Санни взял свою чашку кофе и вернулся в заднюю часть Носорога. Забравшись на кровать, он достал свой коммуникатор.
Там его ждало новое сообщение.
Его улыбка стала еще шире. Санни сосредоточился на строках текста.
— Рейн: Привет, Санни! Как у тебя дела? Все говорят о кампании в Южном Квадранте… ты ведь туда отправился, верно? Ты теперь офицер? Расскажи мне, чтобы я могла похвастаться этим в школе. Сестра одного из моих одноклассников, оказывается, лучший пилот МБП. Она никак не может заткнуться… эм… перестать говорить об этом. В общем, у тебя все хорошо? В новостях говорят, что все идет отлично, но мой отец выглядит очень напряженным. Кажется, я никогда не видела его таким. О, у меня тоже всё хорошо. Несколько ребят из моего класса перестали приходить в школу, так что… я думаю, они сейчас в Академии Пробуждения. Но у меня пока нет никаких симптомов. Зато я каждый день тренируюсь в стрельбе из лука и фехтовании. Ты будешь гордиться своей ученицей!
Санни несколько раз перечитал сообщение, затем допил кофе, усмехнулся и начал писать ответ:
— Санни: Привет. Офицер? Боги, за кого ты меня принимаешь… ну конечно же за него! Скажу тебе, я капитан самого элитного подразделения во всей армии. У меня в подчинении куча могущественных Пробужденных, а репутация настолько грозная, что другие Мастера хотят быть моими друзьями. Дьявол Антарктиды — так меня называют… ну, я уверен, что кто-то называет… может быть. Буквально вчера настоящая Святая лично выразила мне благодарность. Наверное, скоро и медаль получу. А ещё я отвечаю за новейший бронетранспортер «Носорог». Ты не поверишь, какой он потрясающий. Позвольте мне описать его! Во-первых…
Глава 872: Распространение Кошмаров
Первые несколько недель кампании в Антарктиде были самыми напряженными… по крайней мере, на данный момент. Дивизии Первой Армии неуклонно продвигались на юг, сражаясь с быстро растущими стаями Кошмарных Существ и создавая по пути стратегические лагеря. Эти лагеря в скором времени должны были стать перевалочными пунктами эвакуационных сетей.
Перемещаясь по ним, всё население Центральной Антарктиды должно было быть перевезено в осажденные столицы, чтобы там дождаться спасения. То же самое, только в гораздо больших масштабах, происходило и в Восточной Антарктиде, где проживало большинство жителей Южного Квадранта.
С каждым днем Цепь Кошмаров становилась всё более грозной. Новые Врата проявлялись всё чаще, выбрасывая в мир бодрствования всё новые и новые мерзости. К счастью, бремя, давившее на Первую Армию, тоже становилось легче: новые дивизии доходили до места назначения и закреплялись в городах, которые в ближайшие месяцы станут опорными пунктами человечества.
Жизнь солдат стала менее опасной, поскольку им не приходилось преодолевать глушь, кишащую врагами. Но это не значит, что они не были очень заняты — превращение густонаселенного пункта в военную крепость тоже было нелегким делом.
Однако никто не был так занят, как Первая Иррегулярная Рота.
Как и обещала Мастер Джет, Иррегуляры почти никогда не отдыхали. В то время как у других солдат были конкретные задания, которые иногда заставляли их вступать в бой с Кошмарными Существами, а иногда и нет, семь когорт Иррегуляров постоянно перемещались между различными горящими точками, чтобы погасить их пламя.
День за днем, бой за боем… вскоре новизна отрезвляющей реальности Антарктиды рассеялась, и бесконечная череда сражений слилась в одно сплошное кровавое испытание.
И все же они делали своё дело.
Не все сражения были такими масштабными и тяжелыми, как в первые два дня активной операции. Некоторые из них требовали больше точности, чем полной самоотдачи, с другими приходилось тупо сражаться просто потому, что для решения сложившейся ситуации не нашлось другого выхода.