Работы было так много, что Санни на мгновение растерялся. Людям нужны были одеяла, еда, медицинская помощь и ещё сотня других вещей, о которых он не успел подумать. К счастью, ему не пришлось решать все эти проблемы в одиночку. Сержант Гир уже имел достаточный опыт заботы о беженцах, а Бет, похоже, со рвением взяла на себя обязанности гражданского представителя.
Примерно через час работы Санни остался в основном один. Утром будет чем заняться, а пока людям хотелось просто отдохнуть. Никто не знал, когда у них появится возможность снова покинуть транспорт.
Сам Санни решил присмотреть за лазаретом, отправив Белля на менее напряженный пост.
Сейчас в лазарете находились три человека — двое беженцев и молодой солдат. Все трое спали — их души блуждали в Первом Кошмаре. Их неглубокое и редкое дыхание было почти неслышно.
Посмотрев на них, он призвал свой стул, сел на него и приготовился к долгой ночи. В отличие от остальных участников конвоя, Санни не собирался отдыхать в ближайшее время. У него было ещё слишком много дел.
Он закрыл глаза.
Над землей метель наконец утихла, и снова стало видно темное полотно гор. В черном небе плясало жуткое полярное сияние, и казалось, что оно пылает призрачным огнем. Далекие звезды холодно горели над головой.
«Ну и зрелище…»
Санни расслабился, наблюдая за тем, как его тени взбираются на четыре разные вершины. Теперь, когда метель улеглась, он мог наблюдать за окрестностями. Он мог управлять своими тенями на расстоянии около тринадцати километров. Конечно, по сравнению с тысячью километров, которые предстояло преодолеть колонне, чтобы добраться до осадной столицы Эребус Филд, эта цифра казалась небольшой… но здесь, в горах, где местность была неровной и пересеченной, этого было достаточно.
Если подняться достаточно высоко, можно было увидеть очень многое.
Естественно, что с вершины высокой горы изучать пейзаж было бы затруднительно, учитывая, что весь континент был скрыт завесой непроглядной тьмы. Длинная ночь в Антарктиде всё ещё длилась и будет длиться ещё несколько месяцев.
Но Санни с легкостью преодолевал эту завесу. Для него эта тьма была союзником.
Когда первая тень достигла достаточной высоты, он вздохнул и открыл глаза. Затем он активировал свой коммуникатор и вывел на экран карту местности из его памяти.
«Так устарела…»
Если Санни хотел провести колонну через горы, ему предстояло проделать много утомительной работы.
Сначала он вспомнил путешествие на ЛО49 и начал отмечать на карте все старые дороги, которые он тогда разведал, а также их состояние и степень непригодности. Некоторые из них были слишком повреждены, чтобы по ним могли ездить гражданские машины, некоторые были в сравнительно хорошем состоянии, а некоторые можно было использовать, но только если не было другого выхода.
При этом Санни отмечал все интересные места — потенциальные лагеря, возможные места засад, входы в старые туннели, которые могут таить в себе неисчислимые угрозы, и так далее.
Процесс был долгим и нудным, но в результате он должен был спланировать хороший маршрут.
Через некоторое время, почувствовав усталость, Санни взглянул на карту и вздохнул. Её текущее состояние было удовлетворительным в качестве начальной точки.
Дальше начиналось самое сложное.
Опираясь на четыре тени, смотрящие на мир с высоты, он начал вносить изменения в карту. За последний месяц некоторые дороги были разрушены, некоторые заблокированы. Целые районы оказались погребены подо льдом после того, как с горных вершин сошло несколько ледников, и повсюду бродили Кошмарные Существа.
Благодаря своему опыту исследователя, Санни не был новичком в составлении карт, хотя прежде все они были из Царства Снов. Чем больше он заполнял текущую карту, тем более мрачным становилось его выражение лица.
Ситуация складывалась не лучшим образом.
У колонны было слишком мало путей, и ни один из них не был особенно простым или безопасным. Количество мерзостей, наводнивших горную цепь, было просто ужасающим. И хотя Санни не мог оценить их точное количество и силу с расстояния, их было слишком много.
Они были похожи на личинок, кишащих в мертвой плоти.
Тем не менее, он старательно отмечал на карте крупные стаи, а также направление, в котором они, судя по всему, двигались, и их примерную скорость.
После нескольких часов кропотливой работы проекция перед ним выглядела как произведение психоделического искусства: хаотичная сеть линий и символов разных цветов покрывала её поверхность.