Глава девятнадцатая
Фил сжал губы в тонкую линию. Кровь прилила к его щекам, окрашивая их румянцем. Он стеснялся своих эмоций; неведь откуда вспыхнувшей ревности и злости. На кого? На девушку? Нет. На себя? Отнюдь. Тогда...— Где мед сестра? — Прочистив горло спросил Самюэль.— Сейчас подойдёт, — в голосе помощника следователя проскользнули тонкие, еле уловимые нотки грусти.Теперь его снова охватила печаль. Калейдоскоп эмоций охватывал его множество раз за последние дни. Он спас Леону, но потерял друга. Да, Дерек был его другом. Уэббер и представить себе не мог, что этот мужчина, который всегда к нему хорошо относился, способен на убийство. А мог ли он поверить в то, что тот мёртв?Невозможно.Он понял, что злость вызвана бессилием против этой ситуации. Ноги будто налились свинцом, когда парень направлялся к соседней кровати. Все это время Чёрч неотрывно следила за ним, словно пытаясь проникнуть в душу и рассказать о нем то, чего он сам не знал, но это она его не знала. До сих пор. Так и не вспомнила их первую встречу, которая была не в больнице, как считает шатенка. Которая была за долго до этого. Есть ли у него шансы на надежду? Хватит ли ему смелости признаться в этом? Смеет ли он надеется, что она вспомнит его? Поймёт ли, что он больше её не оставит?Так много вопросов и ответы на них узнать можно только заглянув в будущее, которое теперь, после всего произошедшего, словно задернутое занавесками мутное окно.— Добрый вечер, мисс Чёрч, — прощебетала юная девушка из персонала больницы.Уэббер даже не взглянул на неё. Он не спал около суток, глаза начали болеть. Устало их прикрыв, Фил понурил голову.— Молодой человек, идите в свою палату, — немного строгим голосом сказала Кэтти — имя, что написано у неё на бейджике.Сэм скривился, но вышел молча, напоследок обернувшись.Чёрные глаза заставили Леону вздрогнуть. Она губами прошептала «прошу».Но парень ничего не ответил, и, наконец, вышел, слабо прикрыв дверь.Шатенка сглотнула.Как много времени ему понадобиться, чтобы понять, что она врёт? Нет, конечно вчерашнюю ночь девушка не помнит, но знает почему так. Знала с самого начала. Вопрос только в том, как этот человек, да и, впрочем, остальные воспримут правду? Как они поступят, если семья выбрала худший из возможных вариантов — отречься.Да, это так легко, но понимать, что отчасти в этом виноват ты сам — не просто.Вина камнем легла на душе, а страх крепко зажал в объятьях.Она повернулась к Филу, что разлегся на соседней кровати. Расслабленное лицо выражало безмятежность.Ладно, пока он был рядом. Пока этого достаточно. А когда наступит время расставания, — время которого шатенка попытается отсрочить на самое длительное время из всех возможных, — она сама оставит его. Слишком много людей покинули её, и Леона не намерена больше наблюдать, как кто-то ещё от неё уходит.Никогда впредь.Как только мед сестра вышла, девушка откинулась на подушку, звонко ударяясь головой о железную перекладину...«Мне не нравится этот дом.»«Тебя никто не спрашивал.»«Молчи!»«А то, что?»Голоса, они не покидали её. Отголоски, отрывки старых воспоминаний вихрем, вспышка за вспышкой, врывались в голову, оставляя лишь смятение. Память возвращается. Но хотела ли этого Леона?Теперь нет, определённо.За прошлым придут ошибки и грехи, за которые больно и стыдно. Следом придет старая Леона Чёрч и все поступки, которые совершила, обидные слова, которые произнесла, вновь тяжелым грузом лягут на ее плечи.Та доля унижения, что ей довелось вспомнить, до сих пор глубоко и горячо сжигала её изнутри.Потеря памяти — бесценный подарок, шанс на обретение новой личности. Но и он ускользает, как сквозь пальцы вода.Время неумолимо идёт. Сможет ли она принять его?Тик-так, Леона. Тик-так.***— Вы собираетесь остаться здесь все вчетвером? — Озадаченно возмутился Анджело, осторожно присаживаясь на край кровати. — И вам позволили?Рука запотела под толстым слоем гипса, и к тому же, сильно раздражало то, что первое время она ещё и чесалась. Каждый раз, когда парень говорил, порез на его щеке напоминал о себе, а бинт, под которым он находился, мешал.— Да тише ты. Конечно, — Амадо откинулся в кресле, — почему бы и нет. Я все уладил.Самюэль зло зыркнул на своего друга. Сальварес он знал ещё со школы и с тех самых пор тот ничуть не изменился — заносчивый, чопорный и интеллигент до мозга костей. Может ли он что-нибудь испытывать, кроме самолюбия и собственного превосходства? Вряд ли.— Пора привыкнуть, Сэм, — отозвался Шавьер, — они все...— Захлопнись, — прервал его Виктор, — мы здесь не просто так. Разберем ситуацию.Анджело закатил глаза. Как всегда старший перебивает младшего. В их отношениях это канон, привычка, которая действует уже давно. Но иногда, брюнету кажется, что Шавьер намного умнее своего брата. Виктор берёт действиями, а младший — бездействием, что иногда даже лучше в их ситуации.— Согласен, — вклинился Лукас.Он стоял, облокотившись о стену, скрестив руки на груди. Чёрные волосы, словно перья крыла ворона свисали на его лоб. Небрежно убрав их назад, Герреро открыл рот, чтобы сказать что-нибудь ещё, но на этот раз его прервал Сэм:— Престаньте! — Шепотом крикнул парень. — Как мыши подпольные.В больничной палате повисла тишина. Оливковые стены давили своим цветом. Эта комната была намного больше и лучше, чем та, в которой лежала Леона, однако настроения не прибавлялось все равно.Анджело обвел своих друзей взглядом.— Все оказалось намного хуже, чем я предполагал.— Ты спросил, какого черта француженка так себя вела?Француженка — прозвище Леоны, которое укоренилось среди их компании. Придумал его Виктор, что, впрочем, никого не удивило.— Она ничего не помнит.— В смысле? — Амадо чуть поддался вперёд. Черные джинсы немного скрипнули из-за трения об обивку кресла. — Опять?Брюнет развел руками.— Я не знаю. — Он сто раз обдумывал её просьбу, её слова, но ответа так и не нашёл. — Возможно из-за шока, чёрт его разберет.В этих словах он сомневался ровно так же, как в том, что его второе имя Изамбард Кингдом Брюнель.[12]— Так, ладно, — начал Сальварес, открыв ноутбук, — по пожару начали расследование. Думаю, завтра к нам придет кто-то из следователей.Все молча кивнули. В дверь постучались.Медленно зайдя внутрь, Фил м