Та обернулась и едва заметно дрогнула. Испуг в её глазах был равносилен пощечине.
Сглотнув, парень отпустил девушку, пытаясь отдышаться. В лёгкие будто залили расплавленный металл, а во рту появился привкус старых монеток. Последствия бега на морозном воздухе не из приятных.
Обхватив себя руками, Леона, насупилась.
— Зачем ты меня остановил?
На ней была надета тонкая чёрная кофта и лосины, — вещи, которые привезли ей испанцы.
Стянув с себя толстовку, Уэббер протянул её девушке, предлагая надеть. Леона хоть и нахмурила брови, но приняла одежду. Быстро её натянув, и еле удержавшись оттого, чтобы закрыться носом в приятный материал и вдохнуть запах корицы с бергамотом, Чёрч потупила взгляд и произнесла:
— Ты остался в одной рубашке, не замерзнешь?
Парень улыбнулся, выглядя по-детски милым.
— Не-а.
— Что ж, — шатенка замялась, перетаптываясь с ноги на ногу, — я не вернусь в больницу, — она с вызовом заглянула в глаза, упрямо подняв подбородок, — не могу ждать до завтра.
— О’кей, — Фил поднял руки, в знак капитуляции, — но при условии, что я пойду с тобой.
Глаза Леоны наполнились теплотой, хоть она и постаралась поспешно отвести взгляд.
— Тогда пошли, — с этими словами, она резко развернулась, немного хлестанув парня, распущенными волосами по лицу.
***
— Знаешь, Шавьер, сейчас ты напоминаешь побелку, — выдвинул первые слова Виктор, когда они только что зашли в палату, где недавно лежала Леона.
Сантана младший улегся на свободную кровать, пряча глаза в сгибе руки.
Его охватывал страх. Неподдельный страх за жизнь бедной девушки, которая давно запуталась в себе, словно зверушка в клубке ниток.
Парень сглотнул, собираясь ответить, но этому воспрепятствовал Амадо:
— Помолчали оба, мне нужно подумать.
И с деловым видом занял кресло.
Герреро фыркнул. Он подошёл к окну, опираясь на руки, выглянул, изучая вид на парковку и шоссе, — ничего.
— Что ты собираешься делать? — Спросил Сальварес, наблюдая за ним.
Парень пожал плечами.
— Ничего.
Признаться честно, его ответ никого не поразил. Лень Герреро по своей силе была равна равнодушию Амадо и гневу Самюэля.
— Я тебя прошу, — простонал Виктор, — прекрати пародировать повадки ленивцев. Лучше дай по голове своему Ватсону, а я пну Шерлока Амадо. Мы найдём её. Куда она денется?
Сальварес закашялся.
— Почему моего?!
Виктор бросил на него взгляд, говоря:
— Потому что во мне живё...
Но его прервал младший брат:
— В тебе живёт клоун, Вик, так что единственное, чем ты можешь помочь, — так это захлопнуться.
— Я надеюсь, что питомник, откуда ты сбежал, выращивающий таких сволочей, как ты, закрыли из-за провала эксперимента, — парировал Сантана, присаживаясь на кровать Леоны.
— Я же попросил... — Устало потер виски Сальварес.
На данный момент, он завидовал Леоне, которая решила сбежать. У него было точно такое же желание.
***
Подняв голову на верх, шатенка ахнула. Иссиня-черное небо напоминало бархат, поверх которого рассыпались тысячи мелких бриллиантов. Далёкие звезды напоминали драгоценные камни, и девушка невольно застыла, наблюдая за их мерцанием.
Фил последовал за ней, но смотрел он не на небо, а на неё. Он смотрел на восторг в глазах, и наблюдал за губами, которые волей-неволей скривились в улыбке. Почувствовав, что на неё смотрят, Леона перевела взгляд на Уэббера. Его необыкновенные загадочные глаза манили, как два бездонных колодца, на дне которых затерялось по звезде. И, как ни странно, эти звезды были ярче, чем те, что на небе.
Двое молодых людей застыли, смотря друг на друга. Парень сглотнул, его сердце забилось настолько быстро, что отдавало набатом в ушах.
«Она вспомнила?» — Мелькнуло у него в голове, и надежда пышным цветком расцвела в душе, отдавая теплом по всему телу.
Леона робко шагнула навстречу неподвижно стоящему Филу. Девушка подняла руку, тёплыми пальцами очерчивая абрис его щеки, не зная, что тем самым вызывает мурашки по коже парня.
Она ни капли не изменилась. Все та же сливочная кожа с золотисто-коричневыми волосами. Все тот же добрый взгляд, и все та же чистая душа.
– Фил, – прошептала Леона, тоном человека, решившегося на отчаянный шаг. — Я это сделаю.
Он посмотрел на её губы.
— Что? — Выдавил парень, удивляясь резко пересохшему горлу.
— Раскрою тайну смерти моего отца, — она похлопала его по плечу, — пошли, у нас мало времени.
Лицо парня исказилось гримасой, когда девушка, развернувшись, направилась вдоль дороги, оставляя его одного.