— Что делать дальше? — спросила она, наблюдая, как огонь медленно пожирает спичку.
— Вот, — Фил протянул ей дневник, — вырви первый лист. Я надеюсь, тебе хватило ума писать только на одной стороне.
— Я не знаю, — немного резко ответила девушка, ее голос смешался со звуком разрываемой бумаги, — вот, держи.
— Спасибо, — шмыгнул друг, быстро выхватывая страницу и поднося ее над спичкой.
— Что ты делаешь? — Попыталась спросить Леона, но ответ она увидела сама: на желтой от старости бумаги начали появляться кривые, еле заметные строчки слов и букв, которые становились чуть четче по мере того, как парень водил огнём под листом
— Ауч! — Воскликнул помощник следователя, махая рукой в воздухе.
— Обжегся?
— Ага, — он взглянул на неё, — у тебя нет свечи?
Девушка пожала плечами.
— Понятия не имею.
— Ясно, — отмахнулся Фил, ставя листочек на просвет, — воу.
Шатенка нахмурилась, пытаясь разобрать слова, что неразборчивыми кляксами светились на бумаге.
— Что тут написано? — Спросила она.
— Черт его разберет, Леона, — пробубнил он, переворачивая страницу под разными углами, — ты меня конечно прости, но пишешь ты ужасно.
— Эй, — девушка шуточно пихнула его локтем в бок. В полумрачной комнате стены отразили их звонкий смех.
Они проявили оставшиеся три листочка и начали пытаться разобрать кривой, размашистый почерк Леоны.
— Это что за слово? «Ненавижу»?
— Нет, мне кажется, «не вижу».
После пятнадцати минут их мучений, девушка тяжело откинулась назад, глядя в слабо освещенный потолок.
— Фил.
— А? — Отозвался парень, не выпуская записи из рук.
— Скажи честно, я странная?
Он замер.
— С чего ты так решила?
Ответить девушка не успела, потому что её заглушил дикий вопль за окном. Звук сильно дребезжащей тележки стал слышен еще сильнее. Парень и девушка выглянули в окно.
— МЫ БРОСАЕМ ВЫЗОВ ВАМ! — трое парней неслись вниз по склону. В руках у одного было что-то вроде факела, отчего их было отчётливо видно. Второй сидел в тележке супермаркета, держа громкоговоритель в руках. Они начали слаженно скандировать, при каждом слове поднимая руку вверх. — БИТЬ! ЛОМАТЬ! КРУШИТЬ! БИТЬ! ЛОМАТЬ! КРУШИТЬ!
Леона недовольно фыркнула. Она слишком устала, чтобы удивляться, почему в этом городе полно сумасшедших. На нее разом навалились воспоминания прошедших дней: пожар, ее потеря памяти, убийства, поиски непонятно кого...
...этот город точно проклят.
— Это кто? — Спросила шатенка, провожая удаляющиеся спины громогласных парней, которые открыто на весь город объявляли о том, что все, что происходит — по их вине. Такие выводы можно было сделать, услышав их речь.
Что ж, теперь следователи будут думать, что это они подожгли дом.
— Вот черт, — устало почесал переносицу Фил, — я думал они уже сидят за решеткой.
— Эти ненормальные? Ты их знаешь?
Парень сжал губы в тонкую линию.
— Понятия не имею, кто такие, но знаю, что Миллисент этим занимается.
Девушка прищурилась.
— Кто такая Миллисент?
— Ещё один следователь.
— Ты не будешь звонить кому-нибудь из своих?
— Зачем?
— Всмысле? Тут как бы…
Фил отмахнулся.
— Патрульные разберутся.
— Слишком вас много на такой маленький город, не находишь? Обычно полиция из больших соседних городов занимается этим в таких местах, как Бейквелл. А тут прям целый участок.
— Без понятия.
Шатенка смерила его взглядом. В ее голове было пусто, она хотела спать, даже не смотря на то, что провела без сознания около суток.
— Ладно, — мысли сами сели на язык, вырываясь словами: — если бы Нолан...
Девушка испуганно замерла. Прошлое начало медленно обволакивать ее, словно густой-густой туман, застилая глаза, не давая четко видеть. Ее взгляд помутился, она крепко схватилась за руку парня.
— Что? — Взволнованно спросил он. — Ты что-то вспомнила?
Леона вытаращила глаза, нелепо открыв рот.
— Иисусе, Фил! — Черч выхватила у него записи и начала судорожно их перебирать, будто видит первый раз. — Он не мой отец... — Еле слышно прошептала она.
— Что?
— Нолан не мой отец! — Её крик эхом отразился от стен комнаты, растворяясь в тишине.
— Как такое...
— Мы пришли ко мне в дом, — начала быстро лепетать она. На нее накатывали волны паники и страха. — Вивьен и Нолан кричали друг на друга. Ты ушёл, а я осталась. — Она зажмурилась. — Осталась слушать, что они говорили друг другу. Вот тут, — девушка потрясла листочком, — я записала почему он меня ненавидит. Он меня ненавидит, потому что я не его дочь. — Скороговоркой выпалила Леона, нервно усменувшись. — Деклан. Тогда приехал Деклан. Они ссорились из-за этого. Да-да-да-да. Точно, я вспомнила. — Черч заскулила, ее голова раскалывалась, она была не готова к этому. Фил попытался прижать её к себе, но она вскинула руку вперёд. — Нет, стой. Нолан тогда избил маму. Называл ее грязной. Говорил, что больше не простит.