Все было как и в тот раз. Только почему-то повсюду горел яркий свет. И кровати опустели. Еще недавно сладко спавшие на них мужчины исчезли. Лебедев устремился прямиком к сейфу. Шувалов и Лиза обменялись удивленными взглядами: куда же пропали пациенты Усманова?
Мастер по вскрытию замков не понадобился. Профессорский сейф был открыт. Широко распахнутая дверца демонстрировала его вызывающую пустоту.
— Осадчий! — с нескрываемой злобой констатировал Лебедев. — И когда только успел?
МОСКВА. ЛУБЯНСКАЯ ПЛОЩАДЬ
Впервые за несколько дней Шувалов попал домой. Совсем неплохо оказаться в собственной квартире, где тобой никто не командует и никто за тобой не следит. Приятно переодеться в чистое белье — не чужое, а собственное.
А потом усесться в кресло и выпить рюмочку? Или закинуть ноги на журнальный столик, не боясь услышать осуждающий голос — «Сядь как положено!».
Или включить музыку и прикрыть глаза и немного подремать, думая о чем-то хорошем? Скажем, о Лизиных ножках, длинных и стройных, с округлыми коленками?
Но расслабиться помешал резкий телефонный звонок, вернувший Шувалова к реальной жизни и ко всем ее несовершенствам. И не подойти нельзя — вдруг что-то важное?
Звонил майор Осадчий.
— Слушай, — как бы нехотя произнес он. — Ты, наверное, знаешь, что я забрал из института все, что там было.
— И всех, — добавил Шувалов для точности.
— Верно, — весело согласился Осадчий. — Раз ты такой шустрый парень, что все знаешь, то я тебе кое-что расскажу. Забрал я все, что было. Но не все, что нужно. Не хватает самых главных документов. Без них никуда. А я твердо знаю от покойника Усманова, что документы были. И сейчас существуют. Вопрос — где они?
— Не знаю, — искренне ответил Шувалов.
— А я не к тебе обращаюсь. — Осадчий был на редкость покладистым. — Я, думаю, что документы хранил у себя Каримов. Запасливый был и ушлый. Думаю также, что вдова его тоже знает, где эти документы. Вариантов два. Или я спрашиваю Лизу, где они. Или ты.
— Твоя манера беседовать с женщинами мне не нравится, — признался Шувалов.
— Так я и не настаиваю. — Осадчий в этот вечер решительно не желал спорить с Шуваловым. — Ради бога, спроси сам… Мы же можем договориться. Рассуди по-деловому. В чем твой интерес? Во-первых, любимую женщину никто не беспокоит, никто ее пальцем не тронет. Во-вторых, ты получаешь не те гроши, за которые продал дом, а ровно в десять раз больше. Понял? В десять раз больше! Ты таких денег в жизни не видел!
— Фирма перед расходами не постоит, — пробормотал Шувалов.
— Не постоит, — совершенно серьезно подтвердил Осадчий. — Бумаги сразу меняю на деньги. В любом удобном месте. Безопасность гарантирую. Но времени могу дать только сутки… Да, и последнее. Если материалы отдашь кому-то другому, я Лизу убью. Ты мне веришь?
Осадчий не стал ждать ответа и повесил трубку.
Шувалов побрел в душ. После разговора с Осадчим у него осталось гадливое чувство, которое нужно было смыть.
Из-за шума бегущей воды он едва не прослушал телефон. Кто-то еще, помимо майора Осадчего, хотел с ним поговорить. Им оказался Валерка Лебедев. Потеряв профессора Усманова, он опять стал ласковым и любезным.
— Слушай, я оценил твой выбор. Лиза Каримова очень даже хороша. И внешне эффектная, и руководит институтом. Знаешь, я тебе просто позавидовал. Ну, ты у нас всегда был хватом по этой части. Где ни окажешься, всегда на тебя кто-то западал. Как тебе это удается? Ты, старик, должен уроки давать.
Пока Лебедев заливался соловьем. Шувалов, прижав телефонную трубку плечом, успел налить себе чай. Он бы с удовольствием и съел что-нибудь, но вовремя не запасся, а что лежало в холодильнике — давно испортилось.
Валерка на мгновение прервал свои излияния — в трубке послышались чужие голоса. Разговор в лебедевском кабинете шел на повышенных тонах. Когда Валерка вновь вернулся к Шувалову, беседа приобрела деловой характер.
— Ты вот что, садись-ка в свой шикарный лимузин и приезжай ко мне.
— У меня нет машины, — признался Шувалов. — Стукнули, теперь она одна-одинешенька тоскует без меня в полицейском управлении.
Лебедев от удивления даже не знал, что сказать.
— Господи, даже на машину не нажил… Ладно, посылаю тебе транспорт. Вместе с водителем приедет мой человек, он тебя проводит. Документ какой-нибудь имей. Паспорт, я надеюсь, ты уже получил?
Встретив Шувалова у двери, Лебедев отвел его в угол кабинета, подальше от письменного стола и массивной приставной тумбы с телефонами. Шувалов понял его маневр и удивленно спросил: