Один из нефтяных министров, врач по профессии, наскоро осмотрел Понтера. Рольник спросил министра, сможет ли Понтер уйти из здания на своих ногах.
— Нет, — твердо ответил министр. — Ему нужна операция, и как можно скорее. Пока что не давайте ему ни есть, ни пить.
Рольник приказал Гюнтеру сидеть в конференц-зале и охранять заложников. Но теперь живот стал болеть. Гюнтер начал слабеть, его мучила ужасная жажда. Когда он почти потерял сознание, Рольник забрал у него бумажник и оружие и сказал:
— Иди.
Покачиваясь, Гюнтер вышел в фойе. Там стояли полицейские, как будто ожидая, чтобы их кто-нибудь пристрелит. Офицер спросил его, не заложник ли он. Гюнтер помотал головой. Он сел прямо на пол, натянул пиджак на голову и перестал отвечать на вопросы. Прежде чем потерять сознание, он увидел, что несут носилки.
Во время рентгеновского обследования он на короткое время пришел в себя. Какие-то типы снимали с него отпечатки пальцев, а он не давался. Сначала врачи с ним что-то делали, потом его опять стали фотографировать, а чтобы он при этом открыл глаза, они дергали трубки, которые отовсюду торчали из него. Это вызывало дикую боль.
Врачи связались с Рольником и сказали, что Гюнтер не переживет перелета, поэтому они не дают согласия на его транспортировку. Рольник ответил, что требует доставить Понтера в самолет к моменту вылета. Живым или мертвым. Это было правильное решение, решил Гюнтер впоследствии. В тюрьме он бы непременно загнулся. Когда его привезли к самолету, он был скорее мертв, чем жив. Газеты писали, что Гюнтер не выживет. На самом деле через пять дней он поднялся на ноги, а еще через пять дней с него сняли швы.
Рольник был счастлив. Он одержал полную победу. И увез с собой всех своих людей, даже Гюнтера, которого в прямом смысле вырвал из рук полиции. Власть капитулировала перед ним!
ГЕРМАНИЯ. КЕЛЬН. ФЕДЕРАЛЬНОЕ ВЕДОМСТВО ПО ОХРАНЕ КОНСТИТУЦИИ
Хайнц Ритген, начальник германской контрразведки, был спокойным и жестким человеком. Он потребовал от подчиненных заняться левыми террористами, которые стремительно меняли свои взгляды и присоединялись к неонацистам или принимали мусульманство и сотрудничали с исламскими боевыми организациями.
Его старший помощник Марион проработала с начальником почти двадцать лет. Она была старой девой, любила и почитала своего шефа. Марион позвонила начальникам двух отделов, чтобы они срочно подготовили справки.
Ровно в полдень первая справка была готова. В приемную ее принесла личный помощник начальника отдела по борьбе с правым и левым терроризмом Кристина фон Хассель. Вот уже несколько лет она трудилась в ведомстве по охране конституции. Она давно освоила новую специальность, и начальник отдела, отметив ее уникальную работоспособность, преданность делу и блестящие аналитические способности, назначил ее своей помощницей.
Кристина вошла в секретариат с папкой в руках. Две секретарши с завидно прямыми спинами, сидя у компьютеров, выбивали дробь всеми десятью пальцами; прилизанный молодой человек за столиком в углу что-то записывал, прижав плечом телефонную трубку. Марион придирчиво осмотрела Кристи. Она не одобряла молодых, да ранних барышень, которые подозрительно быстро делают карьеру в чисто мужском обществе. Но придраться к Кристи было невозможно. Накрахмаленная белая блузка, идеально выглаженная темно-синяя юбка, аккуратная стрижка, минимум косметики, очки в тонкой золотой оправе. Они ей с недавних пор понадобились. Слишком много бумажной работы.
Марион провела Кристи в небольшую приемную и, оставив одну, вошла в кабинет Ритгена. Кристи присела на краешек потертого кресла, положив папку на колени, обтянутые юбкой. Ждать пришлось недолго. Из кабинета донеслись раскаты начальнического баса. Дверь распахнулась, и в приемную вылетел багровый от гнева Хайнц Ритген:
— Я его самого вышибу из правительства! Да я этого паршивого министра знаю как облупленного, со всеми его грязными делишками!
Вслед за начальником появилась взволнованная Марион, которая не успела предупредить шефа, что в приемной сидит чужой человек.
— Господин директор, — остановила она Ритгена, — справка, которую вы заказывали, готова.
Хайнц Ритген повернулся в сторону Кристи. Несколько секунд он непонимающе смотрел на молодую серьезную женщину в очках. Потом, справившись с обуревавшими его чувствами, улыбнулся и протянул руку за папкой.
— Давайте вашу справку.
Ритген пригласил Кристи в свой кабинет.