Профессор Усманов внимательно разглядывал своего друга. Олег всегда был склонен к пессимизму. У него случались невротические реакции. Он легко впадал в тоску. Усманов всегда принимал во внимание особенности психической конституции своего друга, но считал, что Червонцев давно научился держать себя в руках. И Червонцев всегда знал, откуда дуют ветры. Все-таки он служил в серьезной организации.
— А чего они на тебя взъелись?
— Я для них чужой, — немедленно ответил Червонцев. — У нас служба делится на кланы. Они мирились с моим существованием, пока наш клан имел влияние. А теперь наших почти никого не осталось. Кто-то ушел, кто-то на пенсии. — Лицо Червонцева было мрачное, почти черное. — Они почувствовали себя увереннее и хотят посадить на мое место своего человека, удобного, послушного, своего.
Червонцев тоже раскурил сигару.
— Может быть, тебе уйти самому? — предположил Усманов. — Черт с ними со всеми!
— А что я буду делать? — мрачно сказал Червонцев.
— Займешься бизнесом, с твоими-то связями, — посоветовал Усманов. — Зарабатывать будешь значительно лучше.
Червонцев, сосредоточенно пыхтевший сигарой, покачал головой.
— Это занятие не по мне. — Он вдруг разозлился, залпом допил стакан. — И вообще я не намерен облегчать им жизнь. Я буду сражаться до конца! Они еще пожалеют, что связались со мной.
Профессор Усманов стоял на своем.
— Мне все равно кажется, что незачем тебе тратить силы на борьбу с ними. Лучше заранее поищи запасной аэродром и уходи сам. Сейчас тебе везде будут рады. Увольняйся, найдем тебе место в хорошем месте. — Вкусная еда неизменно приводила Усманова в благодушное состояние. — Попробуй десерт и пошли их всех к черту.
Но Олегу Червонцеву выпитое только прибавило упрямства. Он и слушать не хотел старого друга.
— Нет и еще раз нет, и перестань спорить. Все. Больше об этом говорить не будем.
Несколько минут они молчали. Олег Червонцев посмотрел на часы.
— Вообще-то мне пора ехать, — сказал он. — Я вызову машину.
Усманов доедал торт.
— Приезжай завтра с утра. Позавтракаем, еще поговорим.
Червонцев похлопал его по плечу.
— Хороший ты парень. Таких друзей, как ты, у меня уже не осталось.
Усманов, проводив его, меланхолически посмотрел на стол с остатками ужина, подумал, не съесть ли еще кусок шоколадного торта, но сумел остановить себя. Он, конечно, съел меньше, чем хотелось бы, хотя явно больше, чем следовало при его избыточном весе. Пошел в ванную комнату умыться на сон грядущий, почистил зубы, однако раздеваться не стал. Ждал телефонного звонка, читал газеты, пил минеральную воду. Ему позвонили ровно в два часа ночи. Он снял трубку и, не дослушав, сразу же ее повесил.
Через три минуты Усманов вышел на улицу. На перекрестке его ждала машина с двумя пассажирами. Номера были заляпаны грязью. Один из пассажиров предусмотрительно распахнул дверцу. Профессор сел в машину, но они никуда не поехали. Разговор продолжался полчаса. После этого Усманов быстрым шагом отправился в гостиницу. Сон как рукой сняло. Он долго лежал и заснул, когда уже рассвело.
Олег Червонцев, выспавшийся как следует, приехал к завтраку. Усманов уже заказал еду в номер. Червонцев выпил три чашки черного, без сахара кофе и безостановочно курил.
— Дать тебе таблетку? — предложил Усманов, сочувственно глядя на Червонцева. — Похмелье — болезнь серьезная.
Червонцев отказался. Он сидел в пиджаке без галстука, с расстегнутым воротом рубашки. Сразу после завтрака собирался уехать. Но Усманов предложил ему не торопиться:
— Побудь у меня, отдохни. Здесь к тебе никто не станет приставать с разными глупостями.
Червонцев вяло согласился. Он с полчаса посидел с газетой в руках, потом прилег на диван и заснул. Профессор тоже подремал. К обеду оба приободрились. Новая бутылка бурбона появилась на столе, и Червонцев ожил. После третьей порции профессор объявил, что намерен серьезно поговорить со старым другом.
— Послушай, Олег, я всю ночь думал над твоим рассказом. И очень переживаю, что ты оказался в такой ситуации. В общем, ты прав. Они не дадут тебе спокойно жить и работать. Надо что-то делать. — Усманов произнес все это без обычной улыбочки. Он смотрел Олегу Червонцеву прямо в глаза. — Я скажу тебе сейчас одну важную вещь. Только не спеши с ответом, не торопись говорить «нет».
Полковник с некоторым удивлением взглянул на своего старого приятеля и приготовился слушать.
— Олег, ты никогда не думал о том, что есть место, где тебе всегда были бы рады?