– Я не шучу, – сказал Лэрри.
– Грустно. А я-то думала, что музей увлекает вас точно так же, как меня. – Ребекка, вздохнув, пошла прочь.
Лэрри смотрел ей вслед, и на душе у него скребли кошки. Ладно же. По крайней мере, он спокойно покажет Нику все чудеса музея.
Лэрри вернулся в мужской туалет и окликнул Ника.
– Все ушли. Пойдем. Скорее. Солнце уже почти село.
Ник вышел из туалета. Лэрри попытался прокрутить фонарик в руке, как шестизарядный кольт, но уронил. Фонарик с лязгом упал на пол и откатился.
Ник поглядел на отца, выгнув бровь. Несомненно, счел его потуги весьма жалкими.
– Это труднее, чем кажется, – сказал Лэрри в свое оправдание и повел Ника по темному коридору. – Минуты через две солнце сядет, и всё в этом музее оживет. А моя работа – не выпускать их на улицу до утра.
Ник ухмыльнулся.
– Папа, когда мне было лет пять, я бы, может, тебе и поверил. Но мне уже десять.
– Нет, дружок, я серьезно. Мне удается держать почти всех тварей в узде, но есть некоторые, которым надо не попадаться на пути, поэтому держись рядом со мной, хорошо? И не подходи близко к обезьяне, она злющая. И любит раздавать пощечины.
– Как скажешь, – вздохнул Ник. Он по-прежнему не верил ни одному слову отца.
– Ты учил в школе про Аттилу? – спросил Лэрри.
– Да, его называли гуннским разбойником.
– Верно. Он гнусный тип. Если увидим его, надо бежать со всех ног. Понятно?
– Папа, не сочиняй, пытаясь меня удивить. Не надо.
Лэрри поглядел в потолочное окно. В небе гасли последние лучи солнца.
– Я не сочиняю, Ник, я даю тебе... – Вдруг Лэрри развернул Ника и показал на гигантского динозавра. – Тираннозавр реке! – воскликнул он.
Лэрри ожидал, что ти-рекс подбежит к ним, но великан не сдвинулся с места.
И всё остальное тоже.
– Эй, ребята, – взывал Лэрри. – Гор, Тор, Ра! Оживайте!
Но музей оставался тих и недвижим.
– Одну минутку, – сказал Лэрри, подошел к Тедди Рузвельту и похлопал его по колену.
– Тедди, опять шутить вздумал? – прошептал он. – Проснись и пой, приятель. Ко мне пришел сын.
– Ладно, хватит! Я тебе не верю! – закричал Ник.
– Ник, говорю тебе, когда табличка начинает светиться... – Лэрри смолк: он понял, в чем дело. – С ней, наверно, что-то стряслось. Пошли проверим.
Лэрри повел Ника в египетский зал. Посветил фонариком на стену, где висела табличка фараона Акменра, – и обнаружил, что ее там нет.
– Пропала, – ахнул Лэрри.
– Что пропало? – спросил Ник.
– Она самая, табличка Акменра. Она дает жизнь всему, что есть в музее. А ее украли.
– Угу, – недоверчиво буркнул Ник, развернулся и пошел прочь. Ему надоело смотреть, как отец валяет дурака.
Лэрри кинулся к нему.
– Ник, погоди! Ты куда?
– Домой, – бросил Ник и скрылся на лестнице.
Лэрри бросился за сыном. Пробегая мимо окошка, выходящего на погрузочную платформу, он заметил, что там творится что-то странное. Три человека втаскивали на платформу большой ящик. Рядом стоял старый автофургон. Его задние двери были раскрыты.
Ник направлялся в ту же сторону, но, добежав до окна, Лэрри уже никого не увидел.
– Ник! – шепнул он.
– Папа, что тут делается? – спросил Ник, выходя из темного угла.
– Я бы и сам хотел это узнать. – Лэрри посветил фонариком на пол и заметил знакомый предмет. – Моя куртка! – Подняв ее, он обнаружил под ней табличку Акменра.
Ник поднял тяжелую золотую пластинку.
– Ух ты! – воскликнул он.
– Эй, ребята, вам тут нечего делать, – послышался голос Сисла.
Лэрри обернулся и увидел перед собой всех троих охранников.
– Вы чего тут делаете? Разве вы не во Флориде? – спросил Лэрри.
– Как видишь, нет, – ответил Сисл.
– Сынок, дай-ка нам табличку, – сказал Реджинальд.
– Музей грабите, да? – спросил Лэрри.
– Грабим музей? Да как можно! Мы же ночные сторожа! – сказал Сисл.
Лэрри вгляделся в табличку.
– Осколки сложены не по порядку, – заметил он. – Вот почему ничего не оживает.
Старики покачали головами.
– Послушай, малыш, очень жаль тебя огорчать, но твой папа здесь больше не работает. Сегодня директор его уволил. А он не смог этого вынести, – сказал Сисл.
Ник переводил взгляд с охранников на отца. Его сердце было разбито.
– Ты же сказал...
– Сказал. Ник, они врут. Надо только передвинуть вон тот нижний кусочек влево. И тогда ты сам увидишь всё, о чем я говорил, – сказал Лэрри.
– Сынок, это музейная собственность, – возразил Сисл. – Отдай ее нам, и тогда мы не расскажем полицейским, что ты околачиваешься тут после закрытия музея.