В отдалении от лагеря на берегу реки нашлось место, где вода не билась об неровный берег, а выступала прямо на песок. Я расслабленно опустилась на песок у кромки воды и разулась, погрузив ноги в прохладную воду. Посмотрела на свою перчатку и неторопливо согнула пальцы один за одним, разглядывая, как красиво поднимаются друг за другом чешуйки, из которых она собрана, словно вздыбленная шерсть у злого волка. Теперь, после прошедшей ночи, перчатка из напоминания об абстрактном защитнике превратилась в напоминание о вполне конкретном Лазаре.
Глядя на нее и раздумывая, я все больше понимала, что хоть и сумела от него сбежать, мне все же жаль, что все так, как есть. Он - прямая угроза моей власти, мы в любом случае не могли бы быть вместе. Подданные не должны видеть меня у чьих-то ног, даже если я сама хотела бы там оказаться. А в том, что с ним по-другому не будет, я даже не сомневалась. Даже если бы я хотела сопротивляться, мне ему попросту нечего было противопоставить. Магия моя на него не работает, а войска… судя по тому, что я видела, он один стоит сотен и тысяч. Неудивительно, что мой далёкий прадед вместе с ним столько завоевал.
Я стащила перчатку с руки и положила рядом с сапогами. Ещё пять минут - и буду возвращаться в лагерь. Уже совсем стемнело, одно только ночное солнце тускло светило, почти не пробиваясь сквозь тьму хаоса ночи.
- Тебе не сбежать от меня, - раздался знакомый голос у меня за спиной.
И не успела я и пискнуть, как Лазарь обхватил мой рот рукой, не позволяя кричать, а второй рукой крепко вдавил меня спиной в свою грудь. Он стоял на коленях позади меня и склонился ко мне, провел губами по кончику уха, заставив меня немного отклонить голову так, как ему было удобнее. Я лишь схватилась за его руку, ничего больше не оставалось.
- Ты очень умная девочка, не так ли? Я всего парой лишних слов обмолвился о твоей женской магии - и ты воспользовалась этим. Догадалась, как избавиться от меня. Вот только одного не учла. Наша с тобой связь держится на нас обоих. Если даже ты и отпустила ее, то я - нет. Может, меня и не будет днем, но я все равно рядом и каждую ночь, когда хаос вступает в свои права, буду возвращаться. И ты ничего не можешь с этим поделать. А теперь будь хорошей девочкой и объясни мне, зачем ты едешь в эти опасные места? Я показал их тебе, чтобы ты их избегала, но ты решила сделать наоборот.
Он наконец отпустил мой рот, но только его, чтобы дать возможность ответить. Я собралась уже подняться и повернуться к нему, но он не позволил, оставил меня сидеть как сижу, лишь пальцы переместил с губ на подбородок.
- Это мои земли, - я с удовольствием глотнула воздуха ртом, а не только носом, - и я должна понять, что происходит. И как вижу, ты уже все знаешь, так что расскажи, упрости мне задачу.
- Так вольно со мной общаешься. Почти без страха… Мне кажется, ты полагаешь, что я уже простил тебе твое предательство, - его голос звучал вкрадчиво и опасно. - Пожалуй, нужно объяснить тебе кое-какие правила.
Его руки переместились на мой покрытый чешуйками плащ и начали его расстёгивать. Движения его были спокойны и неторопливы, он знал, что я никуда не сбегу, никуда не смогу деться.
- Во-первых, приказы здесь отдаю я, а ты можешь только просить. Руки назад.
Последнее относилось уже к его действиям. Он уже расстегнул мой плащ и отстранился от моей спины, собираясь его с меня снять. Вчерашняя ночь оставила серьезный отпечаток в моей памяти, и я, посчитав, что зверя лучше не злить, покорно отвела руки назад, позволяя ему снять плащ.
- Во-вторых, я запрещаю тебе рисковать жизнью. Сегодня утром развернешь свой отряд и поедешь обратно. Это понятно?
- Понятно, - согласилась я, хотя внаглую соврала.
Он с удовольствием провел пальцами по моему животу до самой груди. Я поймала себя на мысли, что таких жестов со мной тоже никто и никогда не делал. Да и кому бы в здравом уме в голову пришло пытаться? А ведь это приятно. Но долго я этим не наслаждалась, Лазарь внезапно отпустил меня, поднялся на ноги, развернул меня к себе и приказал:
- Снимай все.
- Но… - начала было возражать я, но наткнулась на его хмурое выражение лица и фразу продолжать не стала.
Я наклонилась вперёд, снимая с себя остальное, и бросила остатки одежды в общую кучу, тихо зазвенев черными чешуйками. А когда выпрямилась и посмотрела в его глаза, увидела там столько желания, будто не было вчерашней ночи. Кажется, он готов был повторять это вечность.