Ночной металл взвился спиралью вокруг Лазаря. Отсюда, из хаоса, все потоки были отлично видны. Удивительное и завораживающее зрелище.
Я приблизилась и коснулась линий, соединяя их, создавая магический коллапс. Шарики моментально побелели, но Лазарь этого уже не видел. Хаос пронзил его тело, развоплотил из реального мира и собирался растерзать и здесь, когда я поняла, что если не помогу, то его просто раздерет на части. Я схватила его за руку, и бело-синие потоки за секунду оплели его тело и впитались в него, стабилизируя. Что ж, на пару сотен лет этого точно хватит. И пока он не сообразил, где он и что происходит, я отпустила его и шагнула, перемещаясь.
Мне все яснее становилось, что же на самом деле произошло. А значит, перед возвращением мне нужно позаботиться еще о паре вещей. Натан не предавал меня. Эгирда тоже. И все же интересно, почему я не пришла к самой себе и не помнила, что меня ждёт? Так что я шагнула в последние дни перед ритуалом. Застала себя утром в момент одевания. Но увы, я никак не могла материализоваться. У меня это просто не получалось. Вот и ответ, почему же я не поговорила сама с собой. Значит, буду действовать окольными путями. Мне нужен родственник, а точнее, родственница. Как там говорил Натан? Линия бастарда, отделившаяся во времена моего пра-прадеда?
И я нашла линию Эгирды и шагнула снова. Девушка бродила по лесу, аккуратно выкапывая некоторые цветочки лопаткой вместе с корнями и собирая их в свою корзинку. От моего появления ветер разметал все листья рядом с ней, и она вскочила и испуганно попятилась, прижимая корзинку к себе:
- Простите, я не хотела, - залепетала она, ничего не понимая.
- Не бойся, Эгирда, - подходить я не стала, чтобы не пугать ее еще сильнее. - Я здесь, лишь чтобы поговорить. Слушай и запоминай. Я императрица Редьярда Жестокая. Ты ведь знаешь обо мне?
Она удивленно выпучила на меня глаза и сразу поклонилась:
- Конечно, императрица. Все о вас знают, как же иначе. Я глупая, не догадалась, вы ведь единственная женщина, владеющая магией.
- Ты лечишь людей, Эгирда. Но делают это не твои травы, а ты сама. Никто этого не знает, и ты никому не скажешь. Но однажды к тебе придет человек из Ордена Хаоса и скажет тебе об этом. Он заберёт тебя с собой, но в конечном итоге ты попадешь ко мне. И я сделаю вид, что не знаю тебя. Ты внимательно слушаешь?
- Да, императрица. Да. Во все уши, - она закивала.
- Потом, через несколько дней, за тобой придет мой человек. Он отведет тебя ко мне, и я ничего не буду знать о происходящем. У тебя будет очень важная задача. Когда начнется магический ритуал, сломай его. Просто коснись и позволь магии хаоса замкнуться в саму себя, позволь ей взорваться.
- Как это сделать, императрица? - не поняла она.
- К тому моменту ты будешь уже знать это сама. Ты все поняла?
- Да, императрица. Я все сделаю.
Я улыбнулась ей и отступила назад, возвращаясь в хаос. Лазарь был прав: мое время уходило, и я ощущала это. Нужно было возвращаться. Но и мне осталось совсем немного.
С новым шагом я вышла в комнате Натана, что была в моем замке. Ночь после казни Рентора Сияющего, прежнего главы Ордена Хаоса. Натана здесь не было, зато я точно где-то в замке, ведь я перемещалась по своей линии рода, а не по его. Я окинула комнату взглядом. Никогда не бывала здесь. Интересно. Зайти в чей-то дом - это будто заглянуть в душу владельца. Так вот Натан был с собой довольно строг, судя по тому, что здесь все было прибрано и расставлено по местам. В небольшой комнатке не было ничего лишнего. Кровать, шкаф, тумбочка, стол, стул. Все довольно аскетично. Зато манекенов под доспехи у него здесь стояло два.
Один пустовал, по нему было видно, что это и есть его основной манекен, которым он пользуется. А вот второй меня заинтересовал намного больше. Единственная вещь, что висела на нем, это маленький декоративный плащ-накидка, который обычной носят боком, на одно плечо. Несколько лет назад эта вещь была моей, но за заслуги в целом и спасение моей жизни в частности я ему эту вещь подарила. Он никогда эту накидку не носил, и я даже решила, что он ее просто куда-то выкинул или сложил в дальний угол и забыл. Но теперь я вижу, что она дорога ему и он пытается сохранить ее, поэтому не носит. Это даже мило.