— Ну, им нужно пополнение. Ведь они тоже несут потери во время боя, — заметила Манила. — Они неплохо промывают мозги. Сами ведь с ними общались.
— Дмитрий… — поняла Броня, сокрушаясь мысленно над тем, как легко он ее обдурил.
— И не только. Все дикие и некоторые смертные. Они особенно внушаемы. Прежде все смертные верили и в перерождение, и в новый порядок. Даже мы уже начали думать над тем, чтобы сдаться. Но потом начали пропадать люди. Кто-то потерялся в лесу, кого-то забрал дикий зверь. Люди начали подозревать неладное, — пояснила женщина. — Тогда то мы и поняли, что именно происходит.
— И что же? — Мигеля буквально трясло от волнения и ненависти. Он думал, что его провели, но оказалось, что еще и задурили. Не будь его зрение столь обостренным, что он видел каждую даже самую мельчайшую мимику на лице рассказчицы, не поверил бы и ей. Но Манила говорила правду, и это злило вампира еще сильнее.
— Дикие остались, чтобы медленно уничтожить остатки населения. Они не торопятся, потому что знают, что местные в состоянии убежать и скрыться от них так, что никто не найдет. Но пока люди им доверяют, те не торопятся.
— Но почему вы молчите?! — запаниковал подросток. — Почему не говорите людям?! Каждая минута промедления для них грозит смертью! Разве вы не защищали горожан столько лет? — он был в бессилии от осознания безысходности положения. Часть его понимала, что орать во все окна о таком бессмысленно, но и просиживание на месте, зная, что в данный момент кто-то умирает, казалось ему большой ошибкой.
— Они знают, — впервые за нахождение в доме заговорила Александра. — Люди знают и намеренно молчат. Они тянут время, — откровение доходило до ее разума с необычайной быстротой, что не могло пугать как саму девушку, так и ее семью. — Ведь, если начнется паника, дикие придут в бешенство. Они изголодались и не устраивают огромного кровопролития лишь потому, что уверены, что хорошо играют доверенную им роль. Если все выйдет из-под контроля…
— Мы потеряем остатки города, — кивнула в знак согласия глава города. — Это добровольная жертва каждого из жителей. Но, если молодой человек все еще не согласен с такой моделью поведения, то почему бы вам не остаться у нас до утра и не увидеть, что мы задумали?
— Мы все равно не сможем уйти, — вздохнул Кристиан. — У них наш поезд. И у них вполне достаточно сил, чтобы смять нас, как жестянку.
— Ох, как же я скучала по твоим сравнениям, — с внезапной теплотой улыбнулась Манила, глядя на немного смущенного и потому сильно ххмурого брюнета.
— Но, какие у вас отношения? — чересчур резко для себя спросил Винсент. — Я не уверен, что это стоит озвучивать, но я бывал в городе и видел портреты на стенах…
— Кристиан — мое вдохновение, мой кумир и возлюбленный, — пояснила Манила, немного смущаясь. — К сожалению, для Кристиана я была лишь доброй надзирательницей, которую он теперь едва ли вспомнит. Так всегда происходит с теми, кого обращают не укусом, а уколом. После тебя еще поколений десять будет страдать амнезией.
— Что значит уколом? Это как? — услышал Виктор тему, весьма интересующую его с самого момента обращения.
— Это называется синтетический вампиризм. При укусах не все могли вовремя остановиться, убивая жертву, а не обращая ее. Это стало проблемой в начале кампании, когда вампиры только начали выходить из тени легенд и ночных кошмаров. Поэтому был изобретен новый способ через укол. Вампиры обращают при помощи слюны. Ее разбавляют в лаборатории какими-то химическими веществами и вводят в организм человека. Сначала все думали, что потеря памяти является проблемой, но потом выяснилось, что новообращенные быстро восстанавливали свои навыки из смертной жизни, а отсутствие памяти помогало избежать кровопролития, которым заканчивалась любая попытка мести. Так что формулу менять не стали. Позже выяснилось, что у синтетических вампиров не так сильно развита жажда крови, как у тех, кто обращен старым способом.
— Бред, — брезгливо усмехнулся Мигель, понимая, что последний довод явно вымышленный.
— Возможно, — сразу согласилась Манила. — Я ни разу не встречала тех, кто обращен старым способом. Все обращенные во времена революции были занесены в специальный реестр, через который потом их и находили. Эти вампиры были нестабильны. Их нельзя было контролировать. Поэтому их уничтожили. А древние давно вымерли, так что, кто знает…