Вампир вел группу, следуя по бесконечным коридорам по следу из собственной крови. Но запах то и дело затухал из-за пса, тихо поскуливавшего в его руках. Когда-то это был огромный, угрожающе глядящий на всех, но по-настоящему добрый зверь, но теперь, истощенный и израненный, измученный собственной хозяйкой, несчастный зверь казался маленьким комком живой шерсти в столь сильных руках. А ведь когда-то Себастьян был настолько велик и тяжел, что ни один вампир не мог оторвать его от земли. Теперь же обескровленный пес был легок, словно пушинка, для бережно несущего его вампира. Но пес был ему благодарен. Он не мог выразить это, поскольку был очень слаб. Ведь теперь, если пес и умрет, то не в той страшной комнате среди сотен неизвестных трупов, на холодном полу в полном одиночестве. Себастьян всегда боялся умереть один, без заботливой человеческой руки рядом, такой теплой и мягкой.
2
Вампиры обыскали весь город, когда выяснилось, что новоприбывшие исчезли. Дмитрий, осознав, что его слова не оказали на гостей должного эффекта, как на остальных смертных в городе, в испуге принялся раздавать всем подчиненным истеричные приказы, грозясь им смертью на солнце. И все из-за того, что сам прекрасно понимал, у Славентия достаточно полномочий, чтобы испепелить всех, кто общался с Броней и ее друзьями, из-за чего у тех могли закрасться сомнения об истинной причине их миссии в этом Богом забытом городе среди вечного холода в снежной пустыне.
Однако и среди тех, кому Дмитрий доверял и кем командовал, были вампиры, кому его полномочия очень даже не нравились. Они по собственным соображениям совести и из своей выгоды докладывали о всех действиях тем, до кого могли добраться. И среди них был и осведомитель главы армии перерожденных. От вампирши, доставлявшей ему не только информацию, но и удовольствие в постели, как и многие вампирши, вспомнившие о смертном обряде совокупления, Славентий и узнал о возмутительном упущении одного из своих солдат.
Дикий не просто так был поставлен во главе целой армии. Он, как один из самых провальных экспериментов своего создателя, был очень жесток и силен. Славентий не только своей внешностью, но и силой и гневом заслужил прозвище — Франкенштейн. И его армия была столь сильна не просто так. Ведь вампир всегда сдерживал свои угрозы и обещания.
Узнав о провале, Славентий сначала не сильно разозлился, пожелав лишь к хромой ноге своего провинившегося подчиненного прибавить отсутствие руки. Дикий — тщеславный по своей натуре, — посчитал, что несколько глупцов, напуганных и растерянных, не справятся с настигшими их подозрениями и либо сдадутся на милость судьбе и диким, смирившись с участью домашнего скота, либо убегут из города в лес, где в конечном счете их съедят дикие звери или вампиры, решившие, что свобода им дороже крови и власти. Или же при самом интересном раскладе, оголодавшие, но слишком напуганные, те перегрызут друг другу глотки. Но потом до Славентия начали доходить слухи о той прежней Броне и ее неугомонном характере, благодаря которому девушка заимела известность во всех краях. А наличие в ее компании того, чьими портретами Манила украшала все здания из любви и уважения, лишь подтверждало его опасения на счет силы девушки.
Когда поиски не увенчались успехом, а следов, ведущих из города, не обнаружилось, глава бессмертной армии понял, что вся компания сейчас находится в крепости, что когда-то была домом главы городской стражи. Больше медлить с захватом здания и полным уничтожением всех, кто там обитает, нельзя. Имея большинство оружия, с помощью которого когда-то городская стена отбивалась от нападков диких, бессмертная армия начала наступление. Раз дом не поддается захвату, значит, его необходимо уничтожить, разнести на камни, сравнять с землей вместе со всеми обитателями. Армии пришлось начать наступление второпях, необдуманно, и всё из-за проступка одного глупца, который должен был за это ответить.
Вместе с артиллерийским снарядом, первым пущенным в дом полетела голова вампира, которому так и не удалось сбежать от смерти, но увы, ее никто не заметил. Впрочем, как и тела, которому было суждено сгореть на рассвете с первыми лучами яркого и смертоносного солнца.
3
Манила осознала свою ошибку слишком поздно. Она виновата во всем. Она рассказала своим доверенным о странной летописи, в которой, как она предполагала, была раскрыта тайна появления пандемии, в результате которой сотни, тысячи, а потом и миллионы людей стали детьми ночи. А потом она же привела в свое тайное убежище самую опасную воровку, которой хватило бы наглости обворовать саму смерть, узнай она как это сделать. И теперь глава города вынуждена пожинать плоды своей отчаянной глупости.