— Может, это хорошо, что тут никого нет. Мы переждем здесь немного, пока Броня не прочтет книгу. А потом решим, что делать, — предложил Рейнальдо, при этом громко зевая.
Виктор ему не ответил. Не нашел слов. Порой логика юного дарования была неоспорима, а иногда была настолько наивна, что и протестовать не было смысла. Все равно подростка не переубедить. А начинать спор, от которого не будет проку, у него просто не было сил. Все слишком устали, потому вновь наступила тишина.
2
До чего же прекрасны загадочные просторы северной Пустоши. Здесь, на самом Севере, куда далеком, чем Остров мертвых, не было ничего, что говорило бы о жизни. Но Кристиан узнал это место. Он точно знал, куда нужно идти, чтобы найти людей. Здесь нет жителей, поскольку они жили еще дальше, среди снегов столь высоких, что в них можно было бы спрятать целый замок. Вампир понимал, что нужно продвигаться дальше, знал пути, но локомотив двигаться дальше просто не мог. Снег стал слишком тяжелым и его было так много, что железная махина просто встала, уперевшись в сугроб.
— Ну все. Приехали. Дальше не поедет, — констатировал факт машинист, с досадой ударив ладонью по пульту управления. — Теперь только назад.
— Нет, — возразил Кристиан. — Я знаю, как нам идти вперед. Но живых придется взять на плечи. Им нужно будет дышать.
Слова о том, что тем, кто окажется внизу, не будет поступать воздух, сильно смутили всех. Мигель знал все свои возможности и совершенно не переживал по этому поводу. Так же как и по поводу пса. Тот, заполучив вампирскую кровь, оставался смертным, но силу приобрел своего хозяина. Так что ему ничего не стоило пробежаться в самой глубине снега, не умерев при этом от нехватки воздуха. Чего нельзя было сказать об остальных. Искусственные вампиры многое потеряли при обращении, но и многое они не смогли приобрести из-за собственного страха. Они никогда не заходили в огонь, по своей прихоти или по нужде. Они никогда не пытались пройти по дну водоема, опасаясь глубины. Новым вампирам и в голову не приходило разгоняться в беге до самого максимума или надолго задерживать дыхание. Даже самые старшие из них не смели выйти на солнце без сыворотки хотя бы на пару секунд. Живущие среди смертных, они едва ли от них отличались, продолжая цепляться за то, кем они когда-то были и чьими бездушными тенями они стали. Их ожидало столько открытий. Вот только ожидание слишком затянулось.
Первопроходцами стали Мигель и Александр. Юному мастеру по дереву было явно неудобно на широких плечах вампира. Он чувствовал неловкость, поскольку даже маленьким ребенком предпочитал отказываться от поездок на ком-либо, оставаясь сильным в глазах своей любимейшей сестры. Однако теперь выхода не было, как и обратного пути. Мигелю же нравилось ощущение сильных накаченных бедер на своих плечах. Это напоминало ему ту эпоху, когда люди забыли, что такое скромность, полностью подчиняясь своим чувствам и желаниям. Тогда у него было достаточно смертных друзей, которые вовсю пользовались преимуществом наличия бессмертного друга в своих несерьезных целях.
Следующими пошли Кристиан и Броня. Девушка до последнего настаивала на своей выносливости, вспоминая северные корни, от которой ей это все досталось. Однако Мигель все же смог убедить ее отступить от своих принципов при помощи своего шарма и доброй улыбки, задействовав несколько неопровержимых фактов. Спорить с ним у девушки не было ни сил, ни желания. Поэтому Кристиану пришлось поднапрячься. Несмотря на то, что с виду девушка казалась довольно стройной на вид, оказалось, что у нее больше тяжелых мышц нежели легкого жира, что делало ее куда тяжелее тех особ, чьи изящные фигуры были плодом долгих изнурительных диет. Но вскоре, как только вампир перестал думать о тяжести ноши, переключившись на проблему с отсутствием дыхания под снегом, он вдруг осознал, что ощущает лишь прикосновения, которые сопровождали ношение человека под снегом, но не вес.
Виктору достался Рейнальдо, несмотря на то, что он едва ли не молил Винсента позволить ему нести Александру. Но разве тот бы позволил? Однако блондин не сильно расстроился. Подросток оказался неимоверно легким и маленьким на ощупь, даже при своей заметной рельефности определенных частей тела. Он умело держался на плечах вампира, что заметно выделяло его на фоне остальных, словно наездник в родном седле.