— Неужели даже после твоего исчезновения они все еще соблюдают указ? — удивился Александр. — Спустя столько времени?
— Того, кто его издал, уважали настолько, что даже после его смерти никто не смеет нарушить его волю. Отец Азамата был одним из тех, кто превратил это место из склепа в процветающий город, во многом переставший зависеть от внешнего мира, — пояснил Кристиан, вспоминая своего приемного отца, к которому испытывал любовь даже спустя столько времени.
— Город настолько молод? — вдруг спросил Рейнальдо. — Ты ведь был обращен лет восемьдесят назад? Я думал, это древний город.
— Он древний. И я тоже, — понял Кристиан. — Азамат умер не одну сотню лет назад, — он обернулся, и все увидели, что на его лице отразились понимание и страх. Вампир осознал, что воспоминания вернулись лишь к нему. Виктор знал о себе лишь из личных записей, сделанных им перед обращением. Винсент вспомнил о себе волей случая, благодаря удаче оказавшись у своего города и инстинктивно добравшись до своего отеля, где его сделали городским вампиром. Пусть владелец отеля убеждал себя и рассказывал всем, что помнил свою жизнь всегда, но он прекрасно понимал, что все его слова — лишь повторение рассказов Клары из ее воспоминаний и рассказов уже погибших членов семьи и соседей. Мигель был древним, потому сохранил свою память. Но что, если воспоминания Кристиана возвращаются, потому что он сам — древний? Осознав это вампир буквально выбежал из родительского дома и быстрым шагом направился к зданию, где руководил всеми наследник его старого, давно погибшего друга.
— Он может наделать глупости, — осознал Мигель, подгоняя остальных последовать за другом. Сам он поспешил догнать вампира на расстоянии вытянутой руки, но при этом не останавливал на расстоянии. Бывший глава городской стражи был полон решимости наконец узнать, кто он и как давно является кем-то другим. Мигель понимал, что если Кристиан действительно древний, то их схватка едва ли приведет к нужному для Мигеля концу. Он не раз вступал в битву с древними и помнил, что такие, как он, в гневе становятся куда сильнее. А именно этой эмоцией пахло от быстро идущего вампира.
5
— Когда умер Азамат? — с ходу громко поинтересовался Кристиан, ворвавшись в здание советов.
— Уже достаточно давно, чтобы его друзья сохранили за собой право вести себя так вульгарно, — с нотками раздражения в голосе ответил ему юный глава, стоя к нему спиной.
— Отвечай, когда тебя спрашивают, если хочешь жить! — настоятельно посоветовал ему Мигель, понимая, к чему идет весь разговор. Это понимал и наследник, потому оставался к собеседникам спиной, дабы избежать позора от неспособности сдержать собственные эмоции.
— Когда умер Азамат? — повторил свой вопрос Кристиан, выделяя каждое слово угрожающим тоном.
— Двести лет назад, — коротко ответил ему человек, лишь слегка повернул голову. Он старался сохранить самообладание, но легкая дрожь в голосе предательски выдавала его эмоции.
— Сколько ему было лет? — уже ошеломленный ответом задал еще один мучащий его вопрос Кристиан.
— Девяносто три. На Севере люди довольно долго живут. Это холод продлевает нам жизнь. Говорят, что если ты не умер от болезни…
— То умрешь только по своей воле, — закончил за него вампир. — Это мои слова. Я сказал это после смерти родителей, когда встретил первого в своей жизни старожила, — закончил за него вампир, продолжая смотреть сквозь собеседника. Со стороны вампир выглядел так, словно его по голове ударили.
— Тебя не было слишком долго, Кристиан, — наконец успокоившись ответил ему наследник Азамата. — Однако ты этого даже не заметил. Неужели вечность лишает людей зрения? — задался вопросом смертный.